Мы сидели в одной из гостиных. Лисия вышивала и завела разговор, о том, что за последний месяц отсеялось аж целых три невесты. Леон и Марта стояли отдельно у окна, о чем-то мило беседуя. Я же пыталась, по-другому это не назовёшь, читать, то и дело вглядываясь в текст, но постоянно возвращалась к одним и тем же строчкам. Старалась уловить смысл, но безуспешно – мысли то и дело сбивались и путались.
– Госпожа Роза, – услышала голос Нари, – вот уже полчаса вы читаете одну и ту же страницу. С вами все хорошо?
– Да, – улыбнулась, вот нахал, даже за страницами следит, – просто что-то не читается сегодня.
– Может, вы пожелаете сыграть нам? – попросила Лисия.
Я пересела за пианино. Знаю одну мелодию, хотя и плохо ее играю. Марта удивилась, увидев меня за инструментом, обычно прилюдно я не музицирую.
Стала наигрывать легкую песенку из детства.
Мои пальцы замерли на половине, когда я вновь вспомнила отца…
– Прошу прощения, – улыбнулась я, удерживая лицо, – не помню продолжения.
Марта сделал вид, что не удивилась моим словам, но на самом деле, я увидела недоумение в ее глазах. Ну да, ведь именно я в детстве научила ее исполнять эту песенку.
– Я доиграю, – перехватила общее внимание сестра, и ее пальцы запорхали над инструментом.
Действительно, талант – мелодия буквально ожила.
– Роза, с вами все хорошо? – поинтересовался Леон. – Вы бледны.
В его взгляде теплится настоящее беспокойство, словно он знает, или вот-вот узнает всю правду.
– Конечно, – улыбнулась.
– Господа, – услышали мы голос Сиона, – хочу сделать объявление: послезавтра рано утром мы уезжаем, продолжаем свой путь до столицы. Дороги хорошо замерзли, более сидеть, к сожалению, нет времени. Мы и так задержались.
– Ой, вправду? – удивилась Лисия. – Время так быстро прошло.
Я заметила, что Марта сникла… К ней поспешил Леон, что-то сказал негромко, так, что услышала только она. После чего сестра смущенно улыбнулась. Вот наглец, хватает смелости уже прилюдно с ней флиртовать.
Я сдержала тяжелый выдох, но мысли о сестре отвлекли. Был бы Артур, он бы смог серьезно поговорить с Леоном. А я что? Мое слово особого влияния не имеет. И это злит.
– Госпожа Роза, мы были рады погостить с вами, – поклонился Сион. – Благодарим за гостеприимство, надеемся на скорую встречу.
– Я также благодарю вас за то, что вы решили остановиться именно тут, и жду скорой встречи, – вежливо ответила.
Пережитое прошлой ночью постоянно всплывало в голове, будоража вновь и вновь, успокоиться никак не получалось. И я поняла, что самой мне не уснуть.
Приказала Исте принести бутылку выдержанного вина. Она выполнила, хотя слегка и удивилась. Ну да, за мной подобного ранее не водилось, чтобы в одиночку сидеть в своих покоях с бутылкой крепкого напитка.
Выпила бокал, после еще один. Покрутилась в кровати, но сон всё не шел. Еще один… Сама не заметила, как наполовину осушила сосуд.
Смотрю на остатки в бокале и думаю… Что же все-таки произошло? Каким чудом я увидела отца? Ведь до сих пор голова отзывается болью от раны, хотя Олман ее давно залечил. Кстати, об этом, а ведь он не первый раз помогает мне. У него такой сильный дар? Странный он все-таки, этот хозяин замка. Столько времени его не было, и тут вдруг…
– Олман, – произношу вслух. Хорошо, что он не слышит.
– Что? – раздается сзади, и я подпрыгиваю от неожиданности.
А он уже наливает себе в бокал вина.
– Что ты тут делаешь?
– Ты же сама позвала, – с усмешкой в голосе.
Выпив напиток, наливает себе еще.
Садится в кресло и закидывает ноги на подставку. Судя по движениям, он сильно устал.
Я тоже решила подлить себе, но он вдруг вскочил и перехватил бутылку:
– Тебе хватит.
Пожала плечами и поставила свой бокал на столик.
– Вообще-то, я не пьяна, – улыбнулась.
– Я вижу, – прозвучала в голосе улыбка, и я почувствовала, как меня окатили взглядом с ног до головы.
Кажется, он тяжело задышал. Я опять в одной сорочке, но мне не стыдно.
Олман подошел к окну и стал что-то там рассматривать. Я присела рядом с ним на подоконник.
– Вино какое-то горьковатое, – прозвучало сомнение.
Потянулась и отпила с его бокала.
– Нет, – снизу вверх посмотрела на темный силуэт. Лукаво улыбнулась, когда он склонился, и я ощутила дыхание на своих губах. Конечно, странно, не видя лица… но запах его сводит с ума, и мне становится как-то все равно.
– Только по твоей просьбе, – шепчет.
Решаюсь на самый глупый и необдуманный шаг. Обхватываю его руками за шею и целую сама. Олман явно не ожидал такого, но уже в следующее мгновение перехватывает инициативу.
Запускаю руки в его волосы и понимаю, что они примерно до плеч, просто были в хвосте. А еще кудрявые. Правда, не такие кудряшки, как у меня, а более крупные локоны. А еще у него борода, которая уже щекочет мне шею, и я смеюсь.
– Роза, – выдыхает и хрипло добавляет: – лучше останови сама, у меня нет сил.
– Тогда мы проиграли, – смеюсь, – потому что…
