— Ваше Превосходство, — вошел Эвит, тяжело дыша, я встала, так как по виду следователя, поняла: что-то нашли. Он залпом, извинившись, выпил стакан воды, — мы взяли… главного подозреваемого, сейчас этот человек под стражей.
— Кто это? — тут же спросила, не имея больше терпения.
***
— Ты хоть понимаешь, что ты наделала? — шепчу, глядя в глаза предательницы. И вновь, только теперь не шепотом, а криком — таким, каким никогда не кричала: — Ты хоть понимаешь, что ты наделала?! Анна!
Сестра смотрит на меня совершенно отстраненным взглядом. А мое сердце, когда я услышала ее имя, разорвалось на мелкие осколки, и тупая боль охватила с такой силой, что я думала, захлебнусь ею.
Это не может быть она! Анна на такое просто не способна! Она меня, может, не очень любила и завидовала, и хотела больше, чем положено, но она никогда бы не пошла на такое. Она бы не захотела убить меня и, тем более, моих детей…
— Ты чуть не убила королеву Анареольна и будущих наследников — это измена.
Сестра, кажется, очнулась, посмотрела на меня непонимающе, каким-то опьяненным взглядом, хотя точно знаю — трезвая.
— Что ты преувеличиваешь?! — усмехнулась она в ответ, и я поднялась, понимая, что говорить не с кем. — Ничего серьезного не случилось, — сжала Анна кулаки, — ты просто чувствовала себя слабее обычного, и все!
— Ты сама понимала, что даешь мне? Тэлман, если узнает, то казнит тебя как предателя, даже не задумываясь. Я чудом осталась в живых… и тем более дети.
Анна побледнела.
— Ты врешь! — закричала.
— Где ты взяла яд? — спрашиваю, потому что надо.
— Ты врешь! — не слыша, продолжала кричать свое сестра… хотя, теперь я ее и назвать таковой не могу. К ней тут же подбежали стражники, стараясь утихомирить. А я покинула темницу.
Сижу и смотрю в стену. Приказала ни одной душе не говорить, но Тэлман узнает. И он не будет слушать оправданий… Смерть предателя слишком жестока. А король точно сделает так, как необходимо, ведь Анна уже ранее упала в его глазах. И тут… Она чуть не убила королеву, и дело даже не во мне… Она чуть не убила наследников… Моих детей…
После того как Тэлман отчитал меня за то, что не рассказала о происшедшем на балу, я постепенно проникалась его правотой — безопасность превыше всего, и мы не можем позволить себе жалеть тех, кто предает. Тем более из нулевого ранга. А значит, без сомнения — он казнит ее как изменницу…
По щекам текли слезы. Я не знаю, что делать, не знаю… Я не могу оставить ее в живых — ведь она совершила такой мерзкий поступок. И убить не могу — она ведь моя сестра.
Быстро обтерла слезы, когда ко мне постучали, и на пороге показался Стил. Правда, я так и не повернулась к нему лицом, продолжая в упор смотреть на стену.
— Ваше Превосходство, давайте я позову лекаря.
— Нет, — резко ответила.
— Вы ведь понимаете, что для нее не может быть другого будущего.
— Да, ее ждет казнь.
Заминка, следователь замолчал на мгновение. А я поняла, что не могу допустить той страшной казни, что ей полагается. Если Анне не избежать смерти, то я должна до приезда Тэлмана разобраться самостоятельно, чтобы иметь возможность выбрать более быстрый способ. Иначе я просто не вынесу… Не смогу пережить смерть сестры, разрываемой по частям…
— Она утверждает, что хотела просто ослабить вас… Но в любом случае урон был нанесен смертельный, а это угроза жизни не только королевы и наследника, но и самого короля… А значит, будущего Анареольна.
И он прав. Вслед за мной умрет Тэлман. Мы и так в состоянии противостояния — угроза от орванстов нешуточная. И по сути, пока Ассела боролась за наше с детьми выживание, будущее королевства висело над пропастью… Это уже не просто очередной мерзкий поступок Анны… Это и вправду измена королевству.
— Да, — ответила отстраненно, а после взяла себя в руки, — выясните, где она взяла этот яд и основной мотив!
Стил еще минуту постоял молча.
— Немедленно, — добавила я.
— Слушаюсь, Ваше Превосходство.
Через пару часов ко мне в комнату вошла радостная Эльмира.
— Ваше Превосходство, в город приехал известный художник, и мне удалось договорится с ним… — тут она заметила мое состояние, и договорила уже тихо и без энтузиазма: — … написать ваш портрет.
Затем нахмурилась и перешла на неформальное общение, подойдя ближе:
— Роза, что с тобой? Ты бледная. Тебе нехорошо? Я вызову лекаря.
— Нет, — твердо ответила, — все нормально. Как твоя поездка?
— Но…мне кажется, ты даже похудела, — Эльмира резко распахнула глаза. — Что-то с братом?
— Слава Всевышнему, с нашим королем все хорошо, — постаралась улыбнуться. — Просто сегодня чувствую небольшую усталость.
Я почти справилась, но тут к нам буквально влетел Томми:
— Роза, я все знаю! — он никогда раньше не обращался ко мне неформально. Всегда был аккуратен в словах, вел себя бережно и деликатно. А тут пронесся ураганом, поймал мои ладони и стал причитать: — Тебе сразу же стоило сообщить мне. Брат оставил меня, чтобы я следил за твоей безопасностью. Как мне потом смотреть ему в глаза?! Его жену и детей чуть не убили!
— Что?! — в шоке воскликнула Эльмира. — Как, чуть не убили?!