— Ваше Величество, я все понимаю, но когда дело коснулось безопасности вашей супруги, вы тут же сорвались во дворец. Я просто прошу вас сказать мне правду… — в ее голосе прозвучала лишь мольба, а я в очередной раз поразился тому, что когда вопрос касается друга, у мадам Хольской интуиция работает безупречно. Но я не хотел, чтобы она увидела его в том состоянии, в котором он сейчас находится. Хотя понимал, что сам так же запротестовал бы. Вздохнул и посмотрел на Ирнэлу.
— Рэн сейчас восстанавливается, к сожалению, он пострадал…
— Насколько сильно? — замерла супруга друга и слегка побледнела.
— Достаточно, — поморщился я, — поэтому ему нужно несколько дней, чтобы после он смог добраться до дворца.
— Я отправляюсь к нему, — тут же развернулась мадам Хольская.
— Ирнэла! — строго позвал.
— Вы не посмеете меня остановить! — крикнула она, буквально вылетая из моего кабинета. И вправду, на такое у меня не хватит сил, особенно сейчас. Да и стоит ли? Любая любящая жена хочет быть рядом с супругом, когда тому тяжело. Я и сам завтра навещу друга, чтобы убедиться в том, что он идет на поправку. Но сначала нужно разобраться с несколькими вопросами.
В первую очередь, о том, что Артемис является главным врагом, я оповестил дворцовую охрану. Так что сейчас он в активном розыске, и если появится во дворце, будет немедленно объявлена тревога. После острый вопрос, касаемо архимага, был обсужден на Совете. И по городу развесили его портреты как преступника угрозы первого уровня, чтобы жители Анареольна, в случае чего, могли сразу же обратиться в сыск. Все его имущество конфискуют. Вскроют кабинет — туда уже отправились сотрудники.
Спускаясь к темницам, я думал о предстоящем разговоре. Никогда бы не подумал, что бабушка способна на такие поступки. И более того, мне не понятно, почему она пошла на это. Чем руководствовалась? С каждым шагом на сердце становилось всё тяжелее, и перед самой дверью я сполна понял чувства Розы. Вспомнил, какой увидел ее утром, и осознал, что если подозрения окажутся правдивы, мою бабушку ждет страшная участь.
Меня пропустили в допросную. Мадам Герт-Альская уже была там — с ровной и гордой спиной; её взгляд блуждал по стенам — холодный и жёсткий. Однако, увидев меня, она тут же подскочила:
— Тэми, дорогой, я не понимаю, что происходит. Почему меня заперли здесь? Оговаривают, якобы…
Я поднял ладонь, показывая, чтобы она успокоилась. Сел напротив и заглянул в родные глаза.
— Вам, мадам Герт-Альская, ни к чему врать — мы допросили леди Эльсми-Тьер, и она подтвердила, что вы замешаны в деле с отравлением Ее Превосходства, — прояснил ситуацию сразу.
Сегодня Римну все-таки надломили, когда я приказал использовать более жесткие меры — шантаж жизнью её брата. Я знал, что она к нему привязана, поэтому если сказать, что брата убьют или будут пытать — а лучше привести и напугать прямо ней — то девушка расколется. Так и произошло. Но полностью верить словам бывшей фаворитки я не намеревался. Хотя, возможно, просто надеялся на непричастность родственницы…
Бабушка вздрогнула от неожиданности, а после стала зло причитать:
— Что за ерунда?! Да как она смеет наговаривать на меня?! И это после всего, что я для нее сделала!
— Так вы утверждаете, что она врет? — уточнил с нажимом. — Что же, тогда, пожалуй, вызовем ее сюда, и я при вас наложу на нее заклинание истины. Захочет она или нет, но скажет правду.
После чего кивнул Эвиту, чтобы он привел девушку. Римну не пытали ранее, следователи решили слегка повременить, так как был кто-то среди стражников, кто напоил Анну ядом лжи — довольно специфическим зельем, которое зачаровывают заранее на то, что можно говорит, а что нет, по желанию заказчика, в нашем случае — бывшей фаворитки. Ее лишь допросили, но после того как она ничего толком не сказала, стали искать, кто ей помогал. Римну заперли в камере под наблюдением особо проверенных людей. Стил сообщил, что сам поставил тройку стражников на охрану изменницы. И пока они обыскивали остальных служащих, во дворец как раз вернулся я.
— Стой, — сказала бабушка, увидев, что Эвит направился к выходу. — Я вовсе не желала смерти Розе, — начала она, платком коснувшись сухих уголков глаз. — И не ожидала, что Римна пойдет на такое… Да, мне не понравилась леди, которую ты выбрал себе в жены, и ты это знаешь, но убивать ее я не собиралась.
— А что собиралась? — сквозь зубы проговорил я, злясь на спектакль, который она пытается устроить.
— Я вправду замешана в этой истории, но совершенно случайно…
Меня утомила эта пустая болтовня… Когда шел сюда, еще теплилась надежда, что родственница хотя бы искренне раскается, но она в очередной раз старается увильнуть.
— Тэми, что ты делаешь? — попыталась бабушка вызволить свою руку, когда я схватил ее и начал обрывать рукав у запястья.