Он снова прижал к символу свой конус. Камень быстро поднялся, открыв низкий проход, в который, пригнувшись, стремительно прошли эмеры. За ними Ригер и Грейдон.
Несколько ярдов им пришлось двигаться вперед согнувшись, а затем Грейдон смог выпрямиться. Перед ним была огромная пещера, залитая слабым красноватым светом. Таким слабым, что он едва отличался от темноты. Он обернулся к Ригеру и увидел, что тот затыкает свой конус за пояс. Стена, через которую они прошли, вновь стала цельной, никаких следов прохода в ней не осталось.
Индейцы сомкнулись кольцом вокруг Ригера и Грейдона. Быстро и бесшумно двинулись они вперед. Грейдон хотел заговорить, но Ригер сделал предостерегающий жест. Их обнимала красноватая тьма. Сквозь сумрак и странный гнетущий свет отряд быстро шел вперед.
Как индейцы ориентировались, Грейдон сказать бы не мог, но движения их были уверенными и шаг ни разу не замедлился.
Внезапно индейцы приблизились к нему так, что уже касались его, и в тот самый миг отряд перешел из темноты в уже абсолютный мрак. Скорость движения не уменьшалась. Словно вздохнув, проворчал что-то Ригер, и прозвучала отданная шепотом команда. Индейцы остановились. Вспыхнул туманно светящийся шар и двинулся впереди группы. За ним оставалась бледная полоса света, будто шар заставлял частицы воздуха туманно фосфоресцировать. Полоса расходилась. По круто уходящему вниз переходу, открывшемуся при этом свете, группа прошла тысячу футов. Затем еще две тысячи футов. И свечение начало тускнеть.
Пять раз выстреливал Ригер светящиеся шары, и те освещали непрекращающийся туннель, по которому шел отряд. Пять миль, а то и больше, должно быть, проделали они, выйдя из убежища, и ходьба начала сказываться на Грейдоне.
Снова померкло слабое свечение, но далеко впереди показалось овальное отверстие, из которого, казалось, лились лучи лунного света. Выйдя из туннеля, отряд прошел сквозь это отверстие. И здесь, пригвожденный к месту изумлением и страхом, Грейдон остановился.
Это была тоже пещера. Огромная. Но стен и потолка Грейдон разглядеть не мог. Она была заполнена серебряным светом, похожим на переливающиеся лучи, какие бывают весной в полнолуние. И в этих лучах света на низких ложах и подушках лежали бесчисленные мужские и женские тела. Мужчины и женщины будто спали, их лица были отмечены печатью той совершенной красоты, которая была присуща жителям Ю-Атланчи. Они лежали по всей пещере так далеко, насколько мог проникнуть взор Грейдона. Сперва он подумал, что они спят. Затем он заметил, что грудь их не поднимается от дыхания.
Он глядел на их шелковые волосы, золотые, черные и цвета красноватой бронзы, на красные губы, на их цветущие тела. И думал, что это — великолепно, искусно раскрашенные статуи.
Он коснулся волос и щеки одного из лежащих поблизости. И понял, что это угасшая жизнь. Превращенные какой-то алхимией этой таинственной страны в камень или в некое вечное вещество, сохраняющее как цвет тел, когда в них кипела юная жизнь, так и их строение.
— Мертвые ю-атланчианцы, — сказал Ригер. — Те, кто в древности прошел сквозь Ворота Смерти до того, как они были закрыты. И те, кто после этого открыли эти Ворота по собственной воле, чтобы среди нас могла появиться новая жизнь. Мертвые!
Индейцы проявили беспокойство, нетерпение, стремясь поскорее уйти. Отряд быстро покинул это тихое место смерти. И казалось, даже Ригер почувствовал облегчение, когда они вышли.
— Еще несколько шагов, друг мой, — прогрохотал Ригер, — и мы — на месте! Здесь дорога становится менее опасной. Мы прошли пять больших пещер, место смерти было шестым. Обогнем вход в три другие, и мы — возле пещеры Женщины-Лягушки. И клянусь каждой чешуйкой Матери, я буду счастлив снова выйти наружу.
Вскоре они, ступая с предосторожностью, вышли из этого прохода, и Грейдон ощутил на своем лице дуновение свежего воздуха и увидел небо, в котором скрывался в бегущих облаках и вновь выплывал полумесяц.
По узкой тропе отряд спустился вниз. Здесь индейцы перестроились. Часть пошла впереди Ригера и Грейдона, остальные — сзади. Слева, скрывая озеро, поднималась ввысь зеленая листва.
Посмотрев вверх, вниз и назад, Грейдон увидел колоссальную женскую фигуру, высеченную из чисто белого камня. Статуя поднимала вверх руки к небу — хранительница пещеры, из которой они только что вышли. Затем вокруг Грейдона сомкнулись деревья.
Идти по тропе было легко. Даже когда облака закрывали луну, темно не было. Все громче делался грохот водопада. Сквозь просветы между кустами и деревьями Грейдон видел чудовищную фигуру Женщины-Лягушки, стоящую на страже возле черного овала.
Овал — это вход в пещеру.
Тропа начала подниматься. Она обогнула высокий выступ л превратилась в крутую лестницу с узкими ступенями. Грейдон вскарабкался по ним. Он стоял в тени неподалеку от входа в пещеру Женщины-Лягушки. Он посмотрел вверх на эту колоссальную статую.
