Речка была небольшая, метров пятнадцать, двадцать в ширину. Видимо один из притоков Днепра, хотя, кто его знает. Правый берег крутой, левый пологий. По берегам, на поворотах заросли тростника и какие‑то кусты. Скорее всего, ива. Валерий ополоснулся в речке, прополоскал горло, однако пить воду не решился. Слишком мутна была вода, и к тому же переполнена всякой живностью. По поверхности бегали водомерки, а над ними кружили стрекозы. Конечно, их в Шестом Нижегородском учили питаться всякой дрянью и подножным кормом, но воду из луж они пили все‑таки предварительно растворив в ней таблетку дезинфектора. Можно было конечно воду через что‑нибудь процедить, но через что? Буховцев воткнул в землю отломанную ветвь тростника. Тень была немного длиннее и сдвинулась влево. С последнего замера, когда Солнце стояло почти в зените, прошло примерно полтора часа. Значит сейчас где‑то между двумя и тремя часами дня по исчислению двадцать первого века. В августе — сентябре темнеет часов в восемь, девять вечера. За ним должны подойти ближе к полуночи, но бродить по незнакомой местности в темноте все равно не разумно. К темноте он должен быть на месте встречи. Значит у него в запасе примерно шесть часов. Должны же в эту речку впадать какие‑нибудь родники, да и местность неплохо было бы осмотреть. Конечно, правильнее сидеть на месте, и дожидаться проводников, но он осознавал, что уже принял решение. Вопрос был в том куда идти. На юг возможно, безопаснее, но вряд ли родники, которые формируют речку, (а что еще может формировать в степи) находятся вниз по течению, да и к тому же, есть шанс разойтись с проводниками. Валерий посмотрел на север. Река, петляя большими изгибами, терялась на горизонте. С равнины ее было практически не видно. Лишь в некоторых местах, где растительность выходила наверх, ее можно было принять за небольшую рощицу, которыми была усыпана степь. Куда‑то туда ускакал отряд всадников и возможно где‑то там опасность. Убежать от конного в степи, никаких шансов нет. Хотя, может быть, они просто двигаются вдоль речки на север, и сейчас уже где‑нибудь далеко, в нескольких десятках километров отсюда. Валерий прокручивал ситуацию в голове, но все разумные предостережения постепенно уходили, он чувствовал, что ему нужно именно туда. Им овладевало нетерпеливое возбуждение. Решение было принято.
Он еще раз прополоскал рот. Хотелось напиться вдоволь, но пока лучше не рисковать. Вода имела специфический вкус и пахла тиной. Ну что же с Богом, и Валерий быстро потопал на север, вдоль реки. Постепенно холм остался за спиной, Буховцев шел и внимательно осматривал берега, затоны, однако нигде не обнаружил ни притока, ни родника. Родники может, где‑то выходили под водой, но вряд ли. Вода в таких местах все равно другая. Здесь же была обычная проточная речная вода, более мутноватая посреди реки и цветастая в заводях. Несколько раз он переплывал речушку, чтобы осмотреть заинтересовавшие его места, а заодно и искупаться. Ничего интересного он не обнаружил. Разве что водные процедуры шли ему на пользу, было очень жарко. Постепенно, холм остался на горизонте небольшим зеленоватым бугорком на фоне синего неба, зеленой степи и нескольких таких же холмов. Все они были правильной формы, и отсюда было видно, что это курганы. По его расчетам, он прошел около десяти километров. Пора было возвращаться. Валерий с сожалением осмотрел местность и тут его внимание привлек следующий поворот реки, вернее, спуск к ней. Пологий выщербленный берег желто–бурого цвета, ярко выделялся на фоне окружающей зелени. Он посмотрел на Солнце. Часа два с половиной, три у него было в запасе. Буховцев еще раз осмотрелся, и быстро направился к этому месту.
Это действительно, был спуск к реке. Пологий берег был вытоптан множеством копыт и следов различных животных, имелись на глине и явные человечьи следы. Что же иного ожидать и не стоило. По дороге пологих спусков к реке Валерий встретил немало, но видимо там не было чистой воды. Источник Валерий обнаружил без труда. Он был в небольшом рукаве метров тридцати длиной. Поросший ивняком овраг, в конце которого среди кустов и травы мерно бил из глинистой земли ручей. К нему вело две тропы. Одна еле заметная шла от берега реки по краю оврага. Может быть ей пользовались забредавшие сюда животные. Очень уж она была неудобна. Вторая спускалась прямо по краю оврага. Ровные утоптанные уступы в глинистом склоне. Ей явно пользовались люди.
