Давние времена владычества Люди. Не все мирные торговцы законопослушны, а благородные разбойники встречались не только среди челов. Текст написан на спецквест ФБ-2014.
Лихобор и Лихослав
Было это давно, при Империи Людь. Сантьяга тогда ещё не стал комиссаром Тёмного Двора, но уже прославился в Тайном Городе кутежами и дуэлями. А с некоторых пор странный нав в белом повадился наёмничать. Брал за свои услуги неприлично дорого, но заказчиков находил. Заключал с эрли и шасами очень рискованные контракты и выполнял их.
В тот вечер Сантьяга праздновал возвращение из далёкого и опасного путешествия. Вернулся с богатой добычей. Праздновал, как умел, широко и шумно. В правой руке бокал вина, левой обнимает тонкий стан юной шасы, дочери заказчика. Ласкает и спрашивает, отчего прекрасная не весела? Отчего её батюшка рассчитался с наёмником через приказчика, а не лично? Никогда прежде подобного не бывало! Слышит в ответ, что захворал почтенный шас, от великого расстройства захворал. Два каравана подряд ограбили разбойники в неделе пути от Тайного Города. Не позволил Сантьяга деве долго причитать и жаловаться, запечатал уста жарким поцелуем. Быстро позабыла шаса обо всех печалях в объятиях нава.
А на следующий день упорный нав встретился с шасом и разузнал все подробности дерзких грабежей. Разузнал и заключил новый контракт.
Атаман Лихобор удобно расположился на ветви огромного дуба и обозревал свои владения. Могучие леса стояли здесь с начала мира. Текли сквозь леса полноводные реки. Проходил по рекам древний торговый путь из южных тёплых морей в студёные северные. Давно запустела построенная навами система каналов и шлюзов, купеческие караваны шли через волоки. На самых удобных волоках выросли богатые торговые городки, местные бароны собирали подати и обещали купцам защиту. Более длинными, менее торными путями можно было обойти мытарей, зато там озоровали разбойники. Так велось испокон, но этой весной Лихобор назло баронским дружинам оседлал главный тракт. Нянюшка Любава говорила, будто лезет он на рожон назло одному единственному барону. Корила своего атамана, но не слишком рьяно. У лучшей ведьмы ватаги тоже были счёты к барону Кологриву. Иначе, чем захватчиком и душегубом она его не называла.
По сей день три домена не могли поделить между собой водораздельные леса. Десять лет назад доменов было четыре. Одним из них правил отец Лихобора, Ратибор. Но в споре за подати глава самого бедного и малочисленного домена проиграл. Лишился большинства дружины, владений, потом жизни. Волею королевы и Совета баронов домен Ратибора был присоединён к самому богатому соседнему. Остатки дружины и многие подданные Ратибора не приняли нового властителя, барона Кологрива. Кто-то снялся с обжитого места и ушёл совсем, кто-то разбойничал по лесам. Десять лет собирал Лихобор недовольных под свою руку, и ныне его ватага была не слабее дружины Кологрива. Ведьмам бы энергии вдоволь, а воины не подкачают!
Атаман думал об этом, орлиным взором простреливая пустую дорогу. Разъездов дружины и купеческих караванов он не ждал, верные всегда предупреждают заранее. Но на редкого одиночного путешественника тоже интересно наскочить из засады. Не обязательно грабить. С иного и не возьмёшь ничего, жаль обдирать последнее. Иной сумеет откупиться интересными новостями или забавной историей. А с кем-то у атамана найдётся взаимный интерес. Прежние подданные его отца именно так искали встречи с сыном-разбойником, шли под старый дуб у дороги. Никто не выдал, не привёл к дубу врагов. Хотя на этот случай у Лихобора всегда с собой заговоренные Любавой артефакты.
Путник шагал по дороге легко и беспечно. Льняные волосы сверкали на солнце. Рубаха, порты, кожаная безрукавка и высокие сапоги выглядели слишком добротно для землепашца или лесного охотника, но простовато для дружинника. Два длинных изогнутых клинка в чёрных ножнах выдавали наёмника или разбойника. Многие люды сохранили после войны трофейное навское оружие, повесили на стену, передали детям и внукам. Лучшие людские кузнецы так и не смогли превзойти оружейников тёмных. Но выкованное во Тьме считалось не пригодным для благородного боя, для верноподданной руки.
Лихобор погладил рукоять любимого ножа. Чёрный клинок, наследство прадеда, отличался дурным нравом. Раз в год или два брал хозяйскую кровь, оставляя болезненные, долго не заживающие порезы. Но в бою и всяких передрягах нож бывал безотказен. Атаман улыбнулся в предвкушении, как пополнит свой арсенал чёрными катанами, и ловко соскользнул с дерева вниз.
На случай, если путник достоин своего оружия, атаман посигналил товарищам, которые стояли вместе с ним в дозоре. Стоило неизвестному поравняться с дубом, как дорогу ему преградили трое разбойников, один другого выше и шире в плечах. Путник тоже был высок, но худощав и строен. Не успел заматереть, и бороду с усами брил, как подобает люду, не достигшему зрелых лет. На одежде его разбойники не высмотрели ни одного родового или дружинного знака, зато оценили качество материала и работу.
