Непосвященному японская письменность внушает одновременно и почтение и страх. Когда ему говорят, что при некотором усердии и упорстве вполне можно овладеть 96 слоговыми знаками и приблизительно двумя тысячами наиболее употребительных иероглифических знаков (последние, за немногим исключением, китайского происхождения), он воспринимает это как недобрую шутку. Если затем он когда-нибудь услышит слова видного профессора, директора Института лингвистики в Токио, что «трудность японского языка не в устной речи, а в письменности», то, возможно, даже обрадуется, хотя профессор Огава скорее всего имеет в виду произношение японских фонем, а оно и в самом деле не слишком сложное, а с тем, что японская письменность не лишена коварства, нельзя не согласиться. Особенно это касается прочтения отдельных иероглифов, ибо каждый китайский иероглиф в японском языке имеет по меньшей мере два-три, а по большей части — до десяти разночтений. В этом, а не в количестве иероглифов вся трудность.
Считается, что существует от 50 до 80 тысяч иероглифов, но на самом деле их гораздо больше, ибо при необходимости создавались и создаются ныне все новые и новые иероглифы. Однако японцы никогда не применяли столько китайских иероглифов, сколько их применяли сами китайцы. Впервые они проникли в Японию, которая до того времени, вероятно, вообще не имела письменности, в IV–V веках через Корею. Одновременно с заимствованием китайской письменности аристократия, чиновничество и буддийские священнослужители изучали китайский язык, которым весьма часто пользовались. Что касается письменных связей, то у них не было другого выхода, как пользоваться китайским языком, так как система написания китайскими иероглифами японских слов еще не была разработана. Таким образом, упомянутые слои употребляли китайскую письменность, владея не менее чем пятью тысячами иероглифов. Китайский язык, как и письменность, в течение длительного периода оставался неотъемлемым орудием японских ученых, а также многих поэтов.
После того как в VII–VIII веках более или менее освоились с китайской письменностью, ею начали пользоваться для написания стихов на японском языке. Китайские иероглифы применялись при этом двумя различными способами. Так, например, иероглиф, означающий «конопля», произносится по-китайски «ма». Японцы могли теперь использовать его, независимо от значения, как письменную фиксацию японского слога «ма». «Конопля» называется по-японски «аса», и это слово можно было отныне написать при помощи китайского иероглифа, означающего понятие «конопля» независимо от того, что по-китайски он произносится как «ма». Так, один и тот же иероглиф выполнял две функции.
Первоначальное приспособление китайской письменности к японскому языку можно наблюдать в «Манъёсю». Для написания содержащихся в этом памятнике VIII столетия примерно 4500 стихотворений понадобилось около 2800 различных китайских иероглифов.
В IX веке методом сокращения определенных китайских иероглифов была создана слоговая азбука (кана). Для каждого из основных в японском языке слогов, а их насчитывается 96, был утвержден письменный знак. Эта письменность называлась «оннадэ» — «женская рука» и отличалась весьма плавными очертаниями, ею вначале, вероятно, пользовались исключительно жены аристократов. Сегодня такая форма письма называется «хирагана». Несколько позже появилось другое, более угловатое по начертаниям слоговое письмо, которое в настоящее время называется «катакана». С помощью одной из этих двух систем можно было без особого труда написать любое японское слово.
В течение нескольких веков китайское и японское письмо оставались разъединенными. Первый значительный роман, появившийся в японской литературе в начале XI века, был написан хираганой на основе чисто японского словарного состава придворной дамой Мура-саки Сикибу и назывался «Повесть о Гэндзи». Наконец, в XII веке начали писать, комбинируя китайские иероглифы с японским слоговым письмом, что существует и поныне. Таким путем в японский язык вошли многие заимствованные из китайского слова. На сегодняшний день более 50 процентов всех японских слов относится к китайским заимствованиям, произношение которых приспособлено к японскому языку.
