– Не надо ругаться. Здесь это плохо. Я уважаю тебя, мой друг, и уважаю всех, кто со мной служил. Но я не уважаю ваше правительство. Оно слабое и худший враг для самого себя. Вы пришли в Афганистан и позвали нас. Мы пошли. Вы пришли в Ирак и позвали нас. Мы пошли. Мы были вместе с вами в одних окопах и воевали с вашими врагами так, как будто это были наши враги. Мы честно воевали, признай это. Но потом вам это надоело, и вы ушли, сначала из Ирака, потом из Афганистана.
– Ты не…
– Дай договорю. Я не виню вас в этом. Их нельзя победить, воюя так, как воюете вы. Их можно победить, воюя только так, как воевали крестоносцы в Средние века. Неся смерть и разрушения, уничтожая врага до последнего человека. Но не в этом дело. Теперь вы приходите сюда и говорите, что хотите воевать с Россией. Но Россия не Ирак и не Афганистан. Мы двести лет прожили под оккупацией России, а потом еще сорок лет – при коммунизме. Больше не хотим.
– При чем тут Польша?
– При том, очень даже при том. Русские ничуть не изменились. Я смотрю на Восток и вижу тех же русских. Для них нет ничего незначительного, проиграв бой, они не пожимают руки и не расходятся. Потому что они не джентльмены, никогда ими не были и не будут. Они встают, снимают перчатки и продолжают драться, только теперь уже без гонга и насмерть. Ты этого не знаешь, потому что не славянин и не жил рядом с ними. А я это знаю. Сейчас у меня есть Польша. И я не хочу ставить ее на чашу весов просто потому, что кому-то в Вашингтоне захотелось отомстить за то, что произошло.
– Черт возьми, мы не хотим отомстить. Мы просто хотим разобраться. Это такие же террористы, как и те, которые убивали нас в Ираке и Афганистане.
– Да. Но если это так – пойдите к русским и скажите, что хотите им помочь. Что вы на одной стороне. А не ищите парней, которые сделают для вас самую грязную часть работы.
– Ты просто струсил.
– Нет. Я мог бы сделать эту работу. Мои люди могли бы сделать эту работу. Ты знаешь. Но когда она будет сделана, вы просто уберетесь за океан. А мы останемся рядом с берлогой, в которой рычит разъяренный медведь.
– Я все понял, – сказал контр-адмирал.
– Ты ничего не понял, друг мой. Все, что я сказал – ты не услышал. Но это уже не важно. Ты можешь пойти по варшавским кабинетам – но я уверен, что тебе там ответят точно так же. Храни тебя Иезус, друг мой. Потому что если вы всерьез намереваетесь сцепиться с Россией, особенно сейчас, только Иезус вам и поможет…
ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ
Документ подлинный
