Она похолодела.
Ему все-таки удалось использовать магнитный ключ?!
Но это же невозможно! Проглоти его черная дыра, невозможно!
Пальцы дрожали, набрать сообщение получалось с трудом.
«Какой еще тридиопсин?»
Келли до боли кусала губы, глядя на ненавистный экран.
«А тебе-то какое дело?»
Нервы Келли в конце концов не выдержали.
«А жаль. Могли бы пообщаться по душам. Ладно, детка. Сладких снов».
Отбой тревоги дали через час. Келли, невыспавшаяся, угрюмая и злая, вернулась в свою комнату. До утреннего будильника оставалось всего ничего, но мысли, роящиеся в голове, заснуть не давали.
Она вертела в руках коммуникатор и думала об Энджи. Каково ей сейчас там, в лапах отморозков?
Утром комм коротко вздрогнул, выплюнув одно-единственное сообщение:
На язвительные бодания с придурком не осталось моральных сил.
«Что надо?»
«Какое?»
Что? Келли с силой зажмурилась, чтобы перед глазами перестали от недосыпа плыть красные круги, и перечитала снова.
Это уже за гранью какой-либо логики. Чего он к ней прицепился? Келли настолько растерялась, что не смогла даже правильно сформулировать свое следующее сообщение.
Сказать, что обмен неравноценный? Девушка — и другая девушка плюс пара удобных для жизни безделушек? Тогда скажет, что она не слишком дорого ценит Энджи, и будет прав.
Спросить, в чем смысл обмена и зачем ему именно Келли? Ха! Так он и ответил. А нового потока насмешек ей не выдержать.
Или может… Может, Энджи они уже довели до такого состояния, что нужно заменить ее новым «мясом»?
Келли кусала губы, бездумно глядя на экран.
Ну, допустим, согласится она. А дальше что? Как она может быть уверена, что он действительно отпустит Энджи? Да и пойдет ли на такой абсурдный обмен Мэдлин? Наверняка же нет. Главная не раз говорила о том, что на Келли она возлагает особые надежды, связанные с вакциной.
Какой еще, к черту, сюрприз?!
Он что, ее мысли читает?