– Это владелица дизайнерской студии, где работает Фрэн Броуди… Она выставила свою кандидатуру на пост мэра… Терпеть не может Грегори Блайта… Уже лет сто заседает в городском совете… Дама со странностями, но её странности всем очень нравятся…
– А что за странности? – заинтересовался Барри. – Назовите хотя бы парочку.
– Она преуспевающая деловая женщина, а выглядит как огородное пугало…
– Всегда режет правду в глаза и рубит с плеча, не обращая внимания, от кого и куда щепки летят.
– А чем ей так не полюбился мэр? Он был на открытии отеля и показался мне вполне… цивилизованным.
– Ну да, вроде дрессированной кобры, – отозвалась Мэгги. – Когда-то он был директором школы, пока не разразился скандал кое с кем из старшеклассниц. После этого работал консультантом по инвестициям и захотел стать мэром. Его выбрали потому, что фамилия его матери была Гудвинтер, и с тех пор переизбирают исключительно по этой причине, а вовсе не за какие-то заслуги перед городом.
Дуайт вытащил из портфеля листовку с портретом фотогеничного мужчины и призывом: ГОЛОСУЙТЕ ЗА БЛАЙТА!
– Эта листовка до сих пор приносила ему успех, – прокомментировал он. – А теперь я покажу вам листовку, которая нанесёт ему поражение в нынешнем году.
Это было карикатурное изображение женщины с взъерошенной шевелюрой, чуть косящими глазами и опущенными вниз уголками рта. Листовка гласила: АМАНДА ЛУЧШЕ!
– Всем известно, что она-то недаром носит фамилию Гудвинтер, – прибавила Полли.
– Решено! Я голосую за неё! – объявил Барри. – Где можно зарегистрироваться?
Когда Квиллер направился к холодильнику за очередной бутылкой шампанского, Барри последовал за ним и тихонько сказал:
– Наш юный герой не вышел прошлой ночью на работу – и не дал никаких объяснений.
– Я слышал. Что вы намерены предпринять?
– Ещё один прогул – и его временно отстранят от работы. А через неделю уволят, знаменитость он или нет. Иначе невозможно будет управлять отелем.
– А каким был отель до того, как его взорвали?
– Кошмарным!.. Мрачным!.. Но исключительно чистым!
– Переехав в Пикакс, я первые две недели прожил в отеле. Постель была хорошая, сантехника исправная, но вешалка для полотенец почему-то не хотела держаться на месте и постоянно падала. Каждый день я извещал об этом администрацию, каждый день приходил мастер и укреплял её, после чего она снова падала. Однажды по неизвестной причине она с грохотом обрушилась среди ночи. Вскоре после того как я выехал, отель взорвали. Стёкла повылетали, люстры обрушились, но вешалка в двести девятом номере, как сообщила мне Фрэн Броуди, висела на своём месте как ни в чём не бывало.
– Блеск! – оценил Барри. – Мы поселим вас в двести девятом номере бесплатно на целый уикенд.
Ресторан <Старая мельница> размещался в бывшей мукомольне. В славные дни первопроходцев протекавший рядом мельничный ручей резво вращал огромное колесо, которое шлёпало по воде лопастями и скрипело. Протока давно обмелела и пересохла, и теперь колесо крутила не вода, а электромотор. Тем не менее каменные стены и массивные балки выглядели очень романтично. Компанию Квиллера усадили за круглый стол, причем Барри Морган оказался рядом с Хикси и имел возможность поближе с ней познакомиться.
– Как вам понравился Мускаунти, Барри?
– Просто блеск! – ответил управляющий отелем. – Абсолютный!
– Возможно, у вас есть какие-нибудь вопросы к собравшемуся здесь узкому кругу?
– Есть один вопрос. Мой брат с женой тоже собираются сюда переехать. Вы не могли бы посоветовать, где им поселиться?
– Если они хотят жить в просторном старом особняке, такой можно найти на Приятной улице, откуда рукой подать буквально до всего. Если же им нужен маленький домик или квартира, то лучше всего выбрать Индейскую Деревню. Она стоит в лесу, но недалеко от города. Я сам там живу.
– И я тоже, – поддержала Хикси.
– И я, – добавила Полли. – И Квилл – в зимнее время. Там много дорожек для прогулок, есть неплохой клуб.
– Звучит заманчиво! – откликнулся Барри. – Жена брата – художница, она интересовалась, как здесь с искусством.
– У нас есть новый Центр искусств, – подключился Квиллер. – Там устраиваются выставки, лекции и занятия, организуются мастерские. А чем она увлекается?
– Батиком.
– У нас никто не занимается батиком, – оживилась Полли. – Она может открыть свой класс.
– Блеск! Она обожает учить других.
После обеда Квиллер пригласил компанию к себе опрокинуть по стаканчику, но все, кроме Барри, отказались. Управляющему надо было взять библиотечный альбом и фотографию старого отеля. Шампанское Барри не прельстило, но он согласился на минеральную воду. Квиллер налил ему <Скуунк>, познакомив тем самым с ещё одной местной достопримечательностью.
– А что это такое на ковре? – спросил гость.
