Несколько секунд Лилианна стояла, вытаращив глаза, соображая к кому он обращается и лишь вспомнив, что кошелек находиться у нее в руках, поняла, что именно ее он принял за воровку. Девушка попыталась отшвырнуть от себя злополучную находку, но не успела. Кто-то схватил ее сзади, больно закрутив руку. Кругом подходили люди.
– Воровка. Поймали воровку. Какое безобразие. Такая молодая, прилично одетая! – шумели вокруг.
Сначала Лилианна старалась что-то объяснить, но ее никто не собирался слушать. Уже через несколько часов ее впихнули в большую, переполненную женщинами камеру. Всю ночь девушка просидела, забившись в угол, трясясь от холода в тонкой ситцевой сорочке. И платье, и чулки и ботинки и даже заколки ей пришлось отдать неряшливо одетой толстой тетки за обещанное покровительство. Лилианне не было жалко одежды, зато к ней никто больше не приставал. Девушке просто необходимо было побыть в тишине и обдумать то, что с ней произошло.
Она была абсолютно уверена, что уже утром поняв кто она и разобравшись в происходящем ее отпустят с извинениями домой. Но, увы, узнав что она из «благородных», ее с утра просто перевели в одиночную камеру. На ее просьбы увидеться с дядей тюремщики отвечали молчанием. И лишь поздно вечером пожилой мужчина вместе с похлебкой принес темно коричневое шерстяное платье, сообщив что завтра ее вызовет судья. Всю ночь Лилианна не смыкала глаз, очень уж взволновала ее мысль об освобождении. Но, увы, судья был другого мнения. Черноволосый мужчина, как и предполагала Лилианна, оказался знатным испанским грантом – доном Диего Родригес де Сальваро маркизом де Бранчифорте, принцем Пьетраперзия. Человеком очень состоятельным и очень влиятельным. А еще в суде выступили двое подмастерьев, которые якобы собственными глазами видели, как девушка стащила из кармана знатного лорда увесистый кошелек, набитый деньгами. И не смотря на все уверения Лилианны, на просьбы тети и ходатайства ее мужа, судья не захотел оправдать девушку, вынеся обвинительный приговор. Когда охранник втолкнул осужденную в маленькую грязную камеру, расположенную на втором этаже тюрьмы, Лилианна была в таком шоке, что остаток дня пролежала на тощем вонючем тюфяке, вперившись взглядом в потолок.
Она никак не могла осознать, что все это происходит с ней, раз за разом прокручивала в голове события предыдущего дня. Она как сейчас помнила заплаканное лицо тети и сердитые глаза ее мужа. Неужели они поверили, что это сделала она? Ход ее мыслей прервал скрежет отодвигаемых запоров. Девушка даже ахнула, когда увидела высокую фигуру, которую тюремщик пропустил вперед. Испанец стоял, молча, ожидая, когда за охранником закроется дверь. Лилианна тоже молчала. От страха, у нее казалось сердце выскочит из груди.
– Зачем вы пришли? – наконец смогла произнести она.
– Хочу вытащить тебя от сюда, – с небольшим акцентом проговорил он.
– Вы наконец-то поняли, что я невиновна!? – обрадовалась девушка.
– Когда я могу вернуться домой?
– У меня никогда не было сомнений относительно твоей невиновности. А что касается твоего возвращения домой, то это зависит только от тебя.
– От меня? Я не понимаю.
– Я объясню. Я знаю, что ты невиновна. Но остальные, включая твоих родных уверены в обратном. Ты можешь провести в этой камере много лет, а можешь уже утром вернуться в дом своей тетки.
– Конечно же, я хочу вернуться! Что я должна сделать? Что-то страшное?
– Нет, отнюдь, – усмехнулся мужчина. – Просто выйти за меня замуж.
– Что!? – воскликнула девушка. У нее даже волосы на голове зашевелились, как только она представила подобную перспективу.
– Но зачем?
– Это мое дело, – сухо ответил дон Диего.
– Я не хочу! Я не буду! – затрясла головой Лилианна. Это просто какой-то страшный сон.
– Дело твое. Посидишь тут лет десять и выйдешь больной старухой.
– Неправда! Меня обязательно вытащат от сюда!
– Кто? Дядя? Или сын маркиза? – усмехнулся испанец.
– Сын!? – оторопело повторила Лилианна. Он знал о Себастьяне. – Так вы за мной следили, шпионили!
– Фу, как высокопарно. Лишь собирал информацию.
– Но зачем?
– Вы мне нужны, юная леди. И я намерен вас заполучить. Девочка моя, тебе все равно придется принять мое предложение, и я советую сделать это сейчас.
– Вы ведь все это подстроили! И ту сцену с кошельком, и суд? – догадалась она, в душе надеясь что он начет все отрицать. Но собеседник лишь промолчал, – Но зачем?
– Я предложил сделку твоему дяде, но он слишком долго соображал. Ваши отношения с этим мальчишкой развивались слишком стремительно. Не мог же я позволить что бы он умыкнул тебя у меня из под носа, – пожал плечами испанец.
После его слов Лилианна несколько минут молчала. Значит все, что с ней произошло, не было случайностью или чьей-то злой шуткой, а было частью хорошо разработанного плана этого странного мужчины. Только зачем? На влюбленного старика он похож не был.
– Но я вас совсем не знаю и вы меня тоже, – наконец произнесла девушка. – У меня нет приданного и влиятельных родственников. Вы ничего не выгадаете, если возьмете меня в жены.
