Алва замолчала. Ее взгляд затуманился. Она усиленно размышляла.
Вигго оглядел детей:
– А может, теперь
Йели покосился на сестер, словно это они заставляли его отдуваться за всех. Наконец вздохнул и встал, хотя того и не требовалось.
– Была драка. Трое на трое. Я и дамочки против трех дебилов. Дебилы прихватили с собой осколки битого зеркала. Всё. – Недовольно сопя, Йели плюхнулся на стул.
Вигго и Диана переглянулись. Разумеется, запахи рассказали им буквально всё.
– То есть драка была нечестной? – уточнил Вигго.
– В том-то и дело, что честной, пап, – с неохотой сказал Йели. – Вот так, с осколками, – честной.
– Их как будто предупредили, что мы тявкаем и можем корове ногу перекусить, – ввернула Алва.
– Это всё?
– Да! – одновременно выдохнули подростки.
Повисла тишина. Самая обыкновенная тишина. Ничего зловещего. Все ждали, что скажет Вигго. «Как там говаривал папа? – подумал он. – Не всякую фразу или клубок нужно распутывать? Надеюсь я не совершаю ошибки. Если что, спрошу у Сиф».
Вигго не просто отказывался от расспросов, но и упрямо игнорировал то обстоятельство, что от детей пахнет кровью.
Человеческой кровью.
Свежей.
Само собой, он ощутил характерный антисептический аромат, шедший от Янники. На левом боку у нее был незначительный порез, наспех заклеенный пластырем. Порез уже затягивался, источая душок солоноватой пружинистой плоти. Куда больше Вигго озадачил запах зубной пасты. Судя по всему, детишки в школе хорошенько почистили зубы и прополоскали рты.
– Что ж, оставим этот клубок в покое, – наконец промолвил Вигго. – Я хочу отлучиться на сутки. Может, меньше. Нужно проведать старых знакомых.
– Отличная идея, отец! Потрясающая! – воскликнул Йели и с облегчением расхохотался.
В поведении Янники тоже наметилась нервозность.
– Да, пап, продышись уже! Ну кому лучше от того, что ты сиднем сидишь в Альте и копаешься в книгах, будто библиотекарь?
Брови Вигго в удивлении вскинулись.
– А не слишком ли рьяно вы меня спроваживаете?
Йели едва не ляпнул, что к ним может нагрянуть кто-то из школы. Возможно, даже в компании дяди Ролло. Его страх, хоть и в разной степени, разделяли Янника и Алва. Янника вдобавок ко всему боялась, что заявятся родители Феликса, которые будут тыкать в нее пальцами и кричать: «Ваша дочь – ведьма! Она чуть не превратила нашего милого мальчика в собаку!»
– А с тобой можно? – Глаза Йели загорелись. – Ты ведь наверняка потащишь ноут. А если не ноут, то одежду. А ты не любишь, когда она в слюнях. А нормальных сумочных ремней – на твою
– Я найду себе компаньона, сын, не беспокойся. И уж он точно не будет подчищать следы зубной пастой.
Все опять замолчали.
И вдруг Алва спросила:
– Ты хочешь проведать последних детей Лиллехейма, папа?
Йели и Янника притихли. Они готовы были днями напролет слушать историю Лиллехейма. Во-первых, потому, что это была история о том, как мама и папа нашли друг друга. А во-вторых, потому, что нашли родители друг дружку в булькавшем и пенившемся море крови.
– Как ты догадалась, Алва?
– Тебя опять мучают кошмары. Я слышала, как ты ворочаешься во сне.
– И ты тоже считаешь, что без меня здесь ничего не развалится?
На Алве сошлись перекрестья взглядов. Даже Диана, как показалось Алве, смотрела с невысказанной мольбой.
– Мне кажется, ты найдешь ответы на вопросы, о которых и не подозреваешь, папа, – с неохотой сказала Алва. – К тому же у нас есть мама, а она вряд ли уступит тебе хоть в чём-нибудь.
– Разве что в понимании людей, – улыбнулся Вигго. – Похоже, все хотят от меня избавиться. Обидно. Ну ладно, наслаждайтесь потрясающим мясом, а я, пожалуй, прокачусь до своего будущего компаньона. Пошел.
Дом Дианы он покинул со смешанными чувствами. Словно где-то меркло летнее небо, затеняясь звенящими сумерками, как обычно бывает, когда возникает ощущение надвигающейся беды. Но это про людей, а он волк. Разве нет?
Но Вигго и сам не был уверен в том, кто он.
2.
Пока дети обедали, Диана поднялась на второй этаж.
Сын и внуки вовсе не утомили ее. Она готова была расцеловывать их хоть каждый день, пока гробовая доска – или пуля охотника – не заколотит это окно.
Диана прошла к себе в спальню, окидывая ее взглядом. Односпальная кровать, застеленная обычным голубым покрывалом. Гардероб. Стул с бордовой обивкой. Синтетический ковер, чтобы не мерзли ноги, и стакан воды на тумбочке. Ничего особенного. Просто комната, в которой жила и спала одинокая, но злопамятная вдова.
«О нет-нет, Диана, девочка моя милая, следи за своими мыслями, – подумала она. – Ты не забыла, что ворочать словами в голове нужно очень и очень аккуратно?»
Да, она не забывала этого. Ни на секунду.
Как правило, волки общались между собой посредством звуков и запахов. Но то обычные волки. Сифграй взаимодействовала с семьей и стаей иначе. Это было сродни яростным телепатическим сигналам, которые попросту вспыхивали у тебя в голове. Как приказы сумасбродного и жесткого генерала. Не командовала Сифграй только Вигго и своими детьми.
