— Ты не учла сразу ряд моментов. — Голос Северуса стал мягким и вкрадчивым. Я враз почувствовала себя на месте нерадивого ученика, взорвавшего котел на первом же уроке. Обычно Рус никогда не говорит со мной таким тоном, но если это произошло… значит я действительно серьезно ошиблась. — Первое. Когда Макнейр захватил Поттера он несколько раз его сильно ударил, в результате чего очки с него слетели. Второе. Когда ты окрикнула этого мерзавца, неугомонный мальчишка тоже обернулся. И пускай у него хоть сто раз отвратительное зрение, но он что-то увидел. И твоя сила также сработала и на нем. Третье. Пускай было темно, и никто из остальных ничего не разглядел толком, но все видели результат — мертвого Макнейра и тебя без сознания. Мне оставалось только взять всю ответственность за смерть палача на себя, а твое состояние сбросить на дементоров. Но если станут проводить более детальное исследование…
— А как же Гарри? — Мой голос предательски дрогнул. Я почувствовала, как в груди что-то оборвалось, а коленки враз задрожали.
— Он жив. — Выдержав томительную паузу и внимательно вглядываясь в мое лицо, протянул Северус. — Я не знаю каким чудом это стало возможно, потому что Макнейр умер на месте. И Поттер должен был последовать следом за ним.
— Я… я не знала… я не хотела такого! — Картинка перед глазами предательски дрогнула и пошатнулась. После пробуждения все мои чувства ощущались как-то слабо, будто сквозь пелену плотного тумана, скрадывавшего все звуки. Я воспринимала все несколько заторможенно. И то о чем говорил Северус… это происходило как-бы не со мной. Одновременно умом я понимала, что все сказанное — суровая реальность.
— Успокойся. Макнейр заслужил свою смерть. Главное, что больше ничего фатального не произошло. — Родственник снова вздохнул, не дождавшись от меня ничего более вразумительного и оценивающе взглянул на меня. — Ты сама в порядке?
— Как сказать. — Я обхватила себя за плечи сдерживая внутренний холод, отвернулась от собеседника. Небо по краю уже начало светлеть, но стену леса скрывал все такой же непроглядный мрак. — Этих двоих заберут?
— Да, люди из Министерства о них позаботятся, как и о останках палача.
— Что будет с ним? С Блэком? — Спросила я, чтобы хоть как-то сменить тему.
— Азкабан и поцелуй дементора. — Заявил враз помрачневший Рус. — Или ты переживаешь о том, что не с кого будет стряхнуть моральную компенсацию?
— Ну, и это тоже, но… Он же спас меня тогда в Косом переулке, помнишь? Да и оторваться от Мак Бунов помог. Сомневаюсь, что он действительно настолько плохой человек, раз добровольно согласился сыграть роль игрушки у мальчишки, которого планировал убить. Когда он жил у нас у него была уйма возможностей его убить…
— Помню. — Ответ и вовсе прозвучал заунывно. Похоже то, что он сейчас должен сказать Северусу вовсе не нравилось. — Именно поэтому я его и спас. А ведь соблазн промедлить на пару секунд был очень велик. Так что пускай теперь в Министерстве напрягутся и разберутся-таки в этой истории. Да и Петтигрю уже в наличии. К превеликой радости этого блохастого коврика, Грейнджер удалось своевременно спрятать Петтигрю в карман, где он успешно переждал все представление. Правда потом попытался сбежать, но…
Он приоткрыл полу своего камзола и извлёк из внутреннего кармана силовую клетку. В ней в оцепенении замер плешивый крысюк. Только глаза-бусинки судорожно бегали, пытаясь отыскать выход.
— Ох, ты все же поймал его! И он даже выжил после встречи с пятиногами и дементорами! — Я с восторгом взглянула на «добычу». Но тут же испугалась. — А тебе ничего не будет от твоих смертоносных товарищей за то, что ты сдашь эту крысу? Он же запомнит кто его поймал.
— О, не запомнит. И о том, какими чудесными способностями ты обладаешь — тоже. Уж об этом я позабочусь. — В предвкушающее улыбке Северуса сквозило столько злобной радости и ожидания, что я предпочла вновь разглядывать ветви деревьев. В такие моменты он меня немного пугал.
Русу потребовалось минут десять, после чего он облегченно выдохнул и отправил клетку с крысой куда-то в неизвестность.
— Думаю, директор крайне «обрадуются» его спонтанному появлению посреди кабинета. Будет чем перед аврорами и министром хвалиться, он это любит. А теперь нам нужно будет кое-что обсудить. Посмотри на меня.
Я передернула плечами, мне было откровенно боязно выполнять это указание. По моим щекам заструились слезы. Отчего я плачу? Все же в порядке, не так ли? Отрешенно удивившись этому явлению, я смахнула их и поправив очки, преодолев внутреннее сопротивление медленно обернуться. Не сразу, но я подняла глаза заглядывая в лицо наставника.
