-- Это не воровство, -- немедленно сказала она. -- Ведь все равно то, что лежит в руинах, никому давно не нужно.
-- А как же покой мертвых и все такое? -- поддел ее кузнец. Халик обернулся и поднял ладонь.
-- Будет тебе, Абу. Итак, юная расхитительница руин, -- он снова посмотрел на девушку, -- к страже Эль Хайрана я формально не принадлежу, но поскольку генерал восточной цитадели, Ат-Табарани, пал в битве за Тейшарк несколько недель назад, мне пришлось занять его место. Засим обязан предупредить тебя, что Тейшарк захвачен одержимыми, и в стене Эль Хайрана пробита брешь. Остатки стражей сейчас странствуют по всему югу, отыскивая задержавшиеся племена: до конца зимы у нас есть время, а потом, скорее всего, одержимые хлынут в Саид.
Лейла молчала, уставившись на него.
-- Поэтому, -- Халик развел руками, -- боюсь, руинам Шарры придется подождать. Мы не можем оставить одинокую девушку и дальше путешествовать по опасным местам. Наш отряд направляется в Ангур; тебе придется присоединиться к нам.
-- Сколько вы еще будете стоять лагерем? -- спросила она.
-- Два дня.
-- Вот и хорошо. За это время я вполне успею съездить туда и вернуться.
-- Даже не думай.
-- А ты попробуй останови меня.
-- Я-то попробую, но ты не пожалей потом, красавица.
Острон недоуменно переводил взгляд с одного на другую; Халик возвышался над девушкой настоящей громадиной, а она только что не поднялась на носочки, дерзко глядя на него.
-- Пусть делает, что хочет, -- негромко предложил со своего места Абу Кабил, и на его круглом лице была неизменная ухмылочка. -- Она еще пожалеет об этом, когда мы вернемся на юг и одержим победу над безумцами. Слава о нашем походе разнесется по всему Саиду, и годы спустя бабки будут рассказывать о нас сказки детям.
Взгляд Лейлы был по-прежнему устремлен на Халика, но ее короткая бровка дернулась.
-- Прямо слышу, -- продолжал Абу, подмигнув Острону. -- Непременно насочиняют баек о том, как могучий Одаренный Мубаррада Острон превращал одержимых в факелы, а прекрасноволосая воительница Сафир поражала их стрелами. Наверняка все будут говорить, что даже Эль Масуди не был столь силен, как Острон, и что выстрелы Сафир всегда находили свою цель.
-- Какая еще Сафир? -- резко спросила Лейла и уставилась на Абу. Тот рассмеялся.
-- Среди стражей Эль Хайрана есть и женщины, дорогая. О, кстати. А вот и она.
Острон обернулся: из зарослей действительно вышла Сафир, запыхавшаяся, в запачканном бурнусе; в руке она держала двух подстреленных кроликов.
-- Ты что, уже вернулся? -- не заметив Лейлу, спросила она у Острона. -- Во имя Мубаррада, Острон, ты никак разучился охотиться?
-- Он с сегодняшнего дня охотится на прекрасных дев, -- ехидно заметил Абу Кабил; тогда взгляд Сафир скользнул дальше, и она увидела незнакомую девушку.
-- А это еще кто?
-- Я Лейла, дочь Амир, -- представилась та, не успели остальные раскрыть рта. -- Ты -- Сафир?
-- Сафир, дочь Дафии, -- нахмурилась девушка. -- Хамсин вроде бы докладывала, что в оазисе не стоит лагерем никакое племя.
-- Я не принадлежу ни к одному племени, -- Лейла сердито вскинула подбородок. -- Уж тебе-то должно быть известно, что не всякая женщина странствует с племенем в роли послушной жены?
Сафир задумалась, подняла брови. Острон мысленно молился Мубарраду, чтобы все обошлось; на лице Халика ничего было не прочесть, но, похоже, великан был занят тем же самым. Абу Кабил тихонько покатывался со смеху за их спинами.
-- Ну и что ты здесь делаешь одна? -- наконец сказала Сафир, сверкнув глазами. -- Эти остолопы наверняка уже сказали тебе, что на южном берегу Харрод больше не безопасно?
-- Да, сказали, -- надменно ответила Лейла. -- Я подумывала о том, чтобы пойти исследовать руины Шарры. Но раз такие дела, пожалуй, я присоединюсь к вам. Небось от меня будет больше толку, чем от этого нескладного мальчишки, -- и она с небрежностью кивнула в сторону Острона.
-- Он Одаренный, -- предупредила Сафир.
-- Я слышала, -- кивнула Лейла. -- Но это не делает его непобедимым.
Сафир хмыкнула.
-- Ладно, -- сказала она. -- Надеюсь, ты действительно можешь за себя постоять.
-- Как-нибудь проверим, -- победно улыбнулась Лейла.
Острон и Халик переглянулись и, не сговариваясь, вздохнули.
***
Когда отряд два дня спустя снова вышел в путь, долина продолжала понемногу опускаться; Острон этому, в общем, был рад: идти под уклон было проще. Немного щекотливый момент настал ближе к полудню, когда они проходили настолько близко к Шарре, что на горизонте справа стало видно иззубренную крышу полуразрушенного здания. Острон не без любопытства смотрел в ту сторону, сначала подумав, что это камни, причудливо обработанные мощными вековыми руками ветра и песка, напоминают дворец, какие он в детстве видел на картинках; потом он сообразил, что это на самом деле такое, и немедленно покосился на Лейлу.
Девушка ехала верхом на каурой кобыле, снова спрятав лицо в платок на манер маарри, и ее глаза неотрывно смотрели направо.
Подумав, он решился подойти к ней и спросил:
-- Это и есть Шарра?
Лейла наконец опустила взгляд и надменно произнесла:
