— Нет, моя цель не в этом. Я хотел бы просто поговорить с ними, господин Моро. В любом случае, всех ведь в мой особняк не уместишь. Если хочешь помочь им, такими примитивными мерами не обойтись.
— Что же вы намерены делать?
— Пока что думать, — пожал плечами старший аристократ. — Единственная мысль, которая доселе пришла мне в голову, — о том, что необходимо менять наше отношение к бездушным, но эти перемены неосуществимы в краткий период времени. Все же я намерен делать все возможное и для этого.
Дандоло и Моро помолчали.
— Что же, успехов вам, господин Кандиано, — наконец осторожно сказал Теодато.
Они распрощались и разъехались в разные стороны; молчавший все это время Мераз коротко взглянул на Моро, нахмурился чему-то своему. Сытые лошади пошли шагом, потом вороной Моро, повинуясь короткому движению хозяина, припустил рысью, следом за ним устремилась и лошадь Дандоло.
Когда они уже были уверены, что ни Кандиано, ни его спутник не могут слышать их, вновь замедлили ход, и Теодато вполголоса заметил:
— Таких, как он, бесполезно поддевать, у них каменная кожа, никакими шутками их не проймешь. А этот его закованный так смотрит на тебя, мне даже немного не по себе.
— Он просто хороший боец, — рассеянно пожал плечами Виченте, — и во многом полагается на свои инстинкты. Видит, как я двигаюсь, оттого и нервничает в моем присутствии.
— А что ему такого в том, как ты двигаешься? — удивился Теодато. Кузен его коротко рассмеялся.
— Ты не поймешь, — сказал он, — а ему очевидно, что в драке я окажусь не самым простым противником.
— Ты умеешь драться?
— В одно время я этим увлекался. Интересно, о чем Кандиано собрался говорить с бездушными? Мне кажется, соответственно его точке зрения надо разговаривать с нами, убеждать людей в том, что необходимо срочно поменять свое отношение к закованным и так далее.
Теодато растерялся и только совершил неопределенный жест рукой.
— Наверное, я сейчас покажусь черствым сухарем, — потом сказал он, — но проблемы закованных меня мало волнуют. Меня занимают другие вещи.
— Какие это?
Но он промолчал, глядя в сторону. Виченте не стал дальше допытываться, хоть и покосился на брата, а выражение его лица по-прежнему оставалось бесстрастным.
Ночь поглотила его.
В кромешной темноте, не потрудившись включить освещение аэро, он летел по чужому небу, взъерошенный, не понимающий до конца, что ему делать теперь. Одно было ясно: в Дан Улад он больше не вернется. Но и являться с повинной в ксенологический?.. Нет.
Аэро перемещался с маленькой скоростью; это время было нужно Леарзе для того, чтобы собраться с мыслями и подумать. Он сел в кресле, сгорбившись, уперевшись локтями в колени, запустил пятерню в отросшие и мешавшиеся волосы. Однако долго неподвижным не оставался, стремительно схватил лежавший на пассажирском сиденье планшет и набрал сообщение.
Младшие были единственным вариантом, пришедшим ему на ум. Они ни о чем не знают, он никогда не говорил им, что ему снятся сны. Свое бегство из Дан Улада можно будет объяснить ссорой с Волтайр. Корвин или Сет, — кто-нибудь из этих двоих непременно пустит его к себе.
Мгновенного ответа он не ждал, развалился на сиденье и все-таки направил аэро в Сеол: это был небольшой прибрежный город на севере Эмайна, Леарза бывал там и раньше, там были отличные крыши и вид на море.
…Корвин связался с ним, когда он сидел в крошечном кафе на верхнем этаже одного из зданий, под прозрачным куполом, за которым клубились тяжелые облака. Поначалу лицо андроида имело несколько встревоженный вид, но когда Леарза нехотя объяснил насчет ссоры, тот будто бы пришел к какому-то пониманию, коротко быстро закивал, потом предложил встретиться в Моране: далеко, но у него сегодня важная конференция на Сиде, и к тому же, кажется, Сет тоже где-то здесь. Леарза бездумно согласился. Ему нужны были люди… андроиды, неважно: живые существа рядом. Младшие даже лучше, ведь они хорошо имитируют человеческие эмоции.
Моран находился на противоположной точке планеты, и даже на аэро туда было лететь почти два часа; время еще оставалось, но немного, потому Леарза набросил куртку на плечи и пошел.
Ледяной ветер ударил в лицо, небо было дикого пурпурного оттенка: ночь еще только начиналась здесь, когда в Саоле к востоку уже почти наступило утро. Леарза какое-то время стоял на высотной площадке, огражденной металлическими поручнями, мялся с ноги на ногу, чуя, как копья ветра пытаются пробить его насквозь. Куртка за спиной хлопала.
— А вот и ты, — услышал он знакомый голос и обернулся. Корвин выглядел уставшим, под его глазами залегли тени, но одет он был безукоризненно: никак только что со своей конференции. — Да, вид у тебя потрепанный.
Леарза несколько недоуменно пожал плечами, и не догадываясь, что дурные сны наложили свой отпечаток на его собственное лицо.
— Пойдем, — не дожидаясь ответа, позвал андроид. — Сет сегодня выступает в пабе, удачно сложилось…
