И – разрушает, устыдясь.
2018
Лучисто. Прозрачно. И весело.
Раскинуть бы руки да – вверх!
За край, за туманное месиво,
И – снова прижаться к траве,
Где чуткая тень голубиная
Воркует над сонной землёй,
И бродит Господь за рябинами
В крестьянской рубахе простой.
Всё было, а что-то не сбудется —
Постой, помолчи, и забудь.
Смотри, как в небесное устьице
Спокойно относит избу;
Качает над стылыми вербами
Молочных дымов лепестки,
И сыплет снежинками первыми
На гладь потемневшей реки.
Говорили, что скоро зима —
До того тяжело и уныло.
Посмотри: а сегодня дома
Золотою волной окатило.
Так бывает на праздник святой,
Если там, за невидимой гранью,
Зацвела, зазвенела листвой,
Радость-яблоня над иорданью,
И на дно человечьей реки
Опустились весенние тени,
Оставляя свои огоньки
В небесах возле каждой ступени.
2018
С утра шёл дождь, и бились оземь капли,
И мне казалось: вижу я одна,
Как сумрака встревоженная цапля
Рассеялась на серые тона.
И ветер нёс над горным перевалом
Серебряное эхо старины,
Казалось мне: я что-то потеряла,
Но кем-то вновь потери прощены.
Я видела: скользит по небоскату
Неведомых пожарищ тусклый дым,
И вспомнилось, как верила когда-то
Пронзительным просторам голубым.
2016
Здесь всё меня переживёт,
Всё, даже ветхие скворешни…
А. Ахматова
Переживать и думать мне
О торжестве скворешен – странно:
И я, как все, найду во тьме
Ошеломительные страны.
Я позабуду путь домой —
Не промелькну с весенней стаей,
И наступающей зимой
В небесной дымке не растаю.
Оставлю в лунной полосе
Полупрозрачные аллеи
И стану вымыслом, как все.
Не сожалея.
2016
Доверчиво жмётся к обочине
Ручей, переполненный влагой.
И сумраком дни оторочены,
И воздух хмельной, словно брага.
Он смешан с летящими листьями,
С причудливым эхом случайным,
С прощальными чуткими письмами
И с первым безмолвием тайны.
И ты прислоняешься к дереву,
Как будто не встретил опоры
В судьбе, словно зонтик, потерянной,
А вновь обретённой не скоро.
2016
Мерцают камни влажной мостовой,
И Млечный Путь стал улицей Молочной,
И долгий дождь, надёжный спутник мой,
Зовёт сыграть на флейте водосточной
Туда, где вёз трамвай за медяки,
И мост Литейный глох от звездопада;
Где шаг чеканил вдоль Невы-реки
Тринадцатый апостол Петрограда;
Где прошлое поныне смотрит вслед
Глазами непрощающего Блока,
И гаснет у аптек фонарный свет:
2016
Начинается дождь, а потом начинается осень.
Ты сегодня бледна. Настроение плакать и спать.
Сон уткнётся в ладонь влажным носом с покорностью пёсьей
И свернётся в ногах, если пустишь его на кровать.
Золотистая даль в тишину выдыхает туманы,
И как будто повис в невесомости всякий предмет.
Ты, конечно, права: Бог творит чудеса на piano
И обычную грусть превращает в задумчивый свет.
Это с клавиш дождя на листву осыпаются капли,
И звенящая дрожь пробегает над сном мотылька.
И летит, и летит сквозь столетья осенний кораблик —
Слышишь: звёзды поют и качают его на руках.
2017
Вчерашний день расходится по шву,
И не зашьёшь его элементарно.
Почудилось: я заново живу,
А это март обычный, календарный.
И захотелось в тишь библиотек,
Зарыться, как в листву, в чужие книги —
Сегодня я, похоже, не из тех,
Кто ищет смысл в геройстве и в интриге —
И просто так дышать их стариной,
Как будто я читаю этот запах.
И становиться буквой прописной.
И растворяться в шелесте охапок.
И забываться лёгким полусном
В тепле из-под зелёного плафона,
Где тает миф о мире остальном,
И времена стоят заворожённо.
2018
Вечер придёт – всюду огни да огни.
Сядет в вагон где-то в небесном депо.
Поезд его, Господи, к нам подтолкни:
Он привезёт тихий уют и тепло.
Чай на столе, старый фонарь под дождём
Или в снегах – вот и компания вся.
Так до утра вместе, бывает, прождём:
Вечер придёт, если его пригласят.
Если ему лампу на кухне зажгут,
И у плиты фартук возникнет цветной
Той, что дано свойство лечить от простуд
Лаской своей, звёздами и тишиной.
Слышишь, гудит поезд над крышей во тьме.
Чай на столе, старый фонарь греет лёд —
Может быть, ты скоро приедешь ко мне,
И, наконец, к ужину вечер придёт.
2017
Тепло и свет – от края и до края.
Пером волшебным солнце провело.
Я поняла: так осень умирает —
Спокойно, сокровенно и светло.
Замедленная тень парящей птицы
Над вековой заставою дубов…
Так хорошо, так никогда не снится —
Как в позднюю и в первую любовь.
И всё к нам возвращается иначе —
Не можем мы с тобой предугадать.
А осень так светло и нежно плачет,
Как будто ей и в смерти благодать.
2017
Из века в век, из года в год
Сквозь тихий поздний вечер
По тёмным улицам идёт
Песочный человечек.
