— Учёные работали над созданием твоей копии, брат. Вот только эксперимент был с самого начала провальным, — рассказывала Ольга во время бега. — Родители не смогли простить тебе погрома в тронном зале — ты сильно опозорил королевские традиции. Именно это подвигло их на создание мальчика, который ничем не будет отличаться от тебя.
Лимит хмуро кивнул, обдумывая слова брюнетки. Триггер говорил то же самое, только по-другому. По его словам получалось, что Хог был создан как замена Триггеру, чтобы очистить королевскую семью от позора. Но настоящий Хог вряд ли бы стал приносить искренние извинения перед старейшинами и королевскими подданными, посему родители решили заменить его «другим» Хогом. Хэйтер понял именно так. Но сейчас небесный охотник пребывал в сильном смятении, пытаясь понять, что общего между рассказами Триггера и Ольги. Первый утверждает, что Хог — фальшивка, а вторая — родным, младшим братом. Единственное общее оставалось пока что только одно: погром в тронном зале. Именно с того момента Евпатий и Елена наказали Хога, а затем посадили в карцер.
Это заставило Хога остановиться и намного тщательнее всё обдумать. Погром в зале — значит, Триггер не соврал про это. Получилось так, что хэйтер рвался к королевской власти и прилюдно излил свою обиду на родителей, за что те жестоко наказали своего сына. Это был первый и точный аргумент. Но начиная с создания фальшивки, Лимит начинал путаться. Выходит, что он и фальшивка, и в то же время нет?
— А? Брат, что случилось? — заметив, что волонтёр остановился, Ольга перестала бежать и подошла к нему. — Ты себя хорошо чувствуешь?
— Плохо, — нервно вымолвил Хог, схватившись левой рукой за голову. — Я… я ничего не понимаю.
— О чём ты, братик?
Хэйтер отчаянно помотал головой, после чего положил ладони на плечи брюнетки и выразительно посмотрел на неё.
— Кто я такой? Скажи мне!
— Эм-м… — лимитерийка растерялась от такого напора, однако выдохнула и спокойно глянула в фиолетовые глаза. — Вообще-то мой брат. А что?
— Ничего не понимаю! — беспомощно вздохнув, Хог отпустил Ольгу, а потом прижался спиной к стене и медленно скатился по ней. — Оригинал и фальшивка — кто есть кто?
— Мне искренне тебя жаль, братик. Отец и мать были неправы, поступив с тобой так подло.
Лимит вяло повернул голову в её сторону и тут же был обнят брюнеткой. Девушка ласково поглаживала юношу по голове, поскольку ей было очень жалко его. Что касалось Хога, то парень попросту вздрогнул, однако ничего не сделал. Впервые его обнимал не чужой человек, а родная по крови сестра. Возможно, подобные объятия происходили и раньше, вот только Хог их совершенно не помнил. Будь он менее твёрд характером, то уже был пустил слёзы от переживаний и горя, что полностью начали обживаться в его сердце. И как тут с ума не сойти?
Но эмоции следовало отложить в сторону. Через несколько минут лимитерийцы услышали шум взрыва, после чего поднялись и посмотрели в сторону броневого стекла. За ним показалось несколько людей, одетых в белоснежные халаты, а также взрослый пожилой человек, рядом с которым стоял мальчик-брюнет лет двенадцати.
— Он уничтожил почти весь научный персонал! — жалобно посетовал учёный, рука которого была в крови. — Даже не знаю, как нам удалось спастись.
— Вы спаслись благодаря моей милости, безбожные щенки! — твёрдым баритоном промолвил пожилой человек, одетый в королевские одежды.
— Без Вас мы бы не справились, господин Апатий.
2. Хог мгновенно округлил глаза и пристально уставился на этого человека. Так вот, как выглядел их родной дед! Чёрные волосы местами были седыми, а большие брови закрывали изумрудные глаза, в которых пряталось лицемерие и надменность. Лимитерийская кровь тут же вскипела, из-за чего парень злобно ударил кулаком по стеклу. Впрочем, пробить его ему не удалось, а компания выживших даже не заметила двух лимитерийцев.
— И что нам теперь делать? Проект попросту вышел из-под контроля.
— Хм-м… — хмуро задумался Апатий, после чего оглядел весь персонал и остановился взглядом на одном человеке. — Герман, подойди сюда!
Если секунду назад Лимит чувствовал злобу, то сейчас его гнев временно поутих. Фиолетовые глаза уставились на профессора, который, как и прежде, был в тех же самых очках для сварки. Единственным изменением была внешность (Петренко выглядел моложе) и халат, цвет которого поменялся на белый. Во всём остальном — тот же самый противный тип.
— Слушаю, мой господин!
— Последние показатели этого щенка какие? — потребовал объяснений Апатий.
— Поначалу проект был стабилен и не выражал никакой агрессии. Но потом… потом случилось… жуткое, — разволновавшись, Герман достал из кармана платок и утёр им мокрый лоб. — В какой-то момент он начал бунтовать, стучать по стеклу и мрачно смотреть на всех. Затем выбил защитное стекло и убил нескольких учёных, после чего скрылся в лаборатории. Где он сейчас, мы не знаем.
— Хм-м. Есть предположения, что может им править?
