Хог вздохнул, после чего поднялся на ноги и подошёл к ребятам. А затем забрал у Юли коммуникатор и заговорил сам.
— Слышь, ящерица хвостатая! Ты чё в неподходящее время звонишь? У нас тут катка потная, не отвлекай братву.
— Нет, это ужасно. Отвратительно настолько, что я готов сблевать в сапог вот этого мужика, которого здесь нет, но который тут есть.
— А мне не нравишься ты — и что дальше? В петлю лезть предлагаешь? А может, судьба такова наша, чтобы мы как-то ужились в этом мире, что для нас с тобой тесен.
— Короче, ты, чушка с комплексами феминистки — иди малину ешь. Тюленя на поводке выгуляй, пришей слону третий хобот, воду сухой сделай — а нам не мешай. Бо я просру партию, мне поставят мат и будет у меня СМС с регистрацией. А всё из-за тебя.
— Ну и как Её Высочество реализовывать свои идеи, черпаемые из всяких сопливых романов, будет? Снова к Святогору меня потащишь? Э, ёпт! Не забывай, что в тот раз именно я тебя нагнул и по попке, как ребёнка, отшлёпал. Не быкуй, нафиг!
Юля, Эс, Орфей — все за головы в отчаянии схватились, откровенно не понимая, что творит самый безумный и неординарный участник их команды. Да что уж там, Хог сам ничего не понимал. Просто ляпал бездумно всё, что в голову приходило. Внимание Элли он, конечно, переключил на себя, вот только каким способом… и с какими в дальнейшем последствиями.
Элли разозлилась. Об этом свидетельствовало её напряжённое дыхание и скрежет зубов. Она явно хочет прямо сейчас оказаться здесь, чтобы собственноручно задушить осмелившегося грубить ей нахала. Прям жаждет этого.
Ибо дракон — существо горделивое, буйное. Не той породы персонаж, чтобы терпеть подобное.
— Пхахах, боюсь, писец, — насмешливо фыркнул Хог. — Мне твои угрозы до одного места, кэп.
С этими словами озлобленная эрийка завершила сеанс.
— С-сэр Хог… — Орфей сначала хотел что-то сказать, но тут же передумал. Понимание произошедшего до него дошло быстрее, нежели до других.
Хог вернул устройство связи ошеломлённой Юле. Опосля к Эсу подошёл, руку с открытой ладонью к нему протягивая.
— Дай курить!
— Братан, но ты ж не куришь, — удивился Корт.
— Дай курить! — повторил Лимит.
— Э-э, н-на, держи.
Волонтёр подкурил сигарету благодаря огоньку на большом пальце рыжика и закашлял резко. Не говоря ни слова, юноша ушёл в сторону поваленного дерева, на которое и сел, спиной к остальным поворачиваясь. Раз затяжка. Два затяжка. Кашель. Третья.