"Потому, что находясь с вами в одной спальне, спать - грех" - пронеслось у меня в голове, но я лишь принял воинственный вид и выпалил:
- Ночные кошмары сказываются.
- Я прихожу к тебе в кошмарах? - изобразив наигранное удивление, переспросил Уэй. - И как же?
- Ну, вы почему-то представляетесь мне в них в огромном свитере, с большой чашкой кофе и с плюшевым медведем.
Тут по аудитории пронеслась волна хохота. Видать, представили. Но Джерард лишь мило улыбнулся и, проведя пальцами по столу, постучал пару раз.
- М, плюшевые медведи - это очень хорошо. Не хотите ли поговорить о них сегодня?
- В каком смысле? - недоуменно уставился я на него.
- Приходи после пар, обсудим.
- Без проблем. Ждите, - я сел и тут же получил недоуменные взгляды со всех сторон. Это последнее, что меня волновало в этот момент.
"Просто... мне страшно" Часть 29.
- Вызывали, мистер Уэй? - противно протянув последние два слова, я встал и оперся плечом о дверной проем. В университете уже почти никого не было, ты только дай повод студентам уйти. Тем более, что завтра еще одна конференция по политологии, и все ушли отмечать то, как завтра на нее не пойдут. И я завтра на нее не пойду. Вообще завтра никуда не пойду, пошло оно все к чертовой матери.
Мое чудо с растрепанными черными волосами, сексуально грызя карандаш, повернуло в мою сторону голову и похабно улыбнулось:
- А ты теперь мальчик по вызову, Боб? Проходи, закрой только дверку.
- Мальчики по вызову работают за деньги, а тут, смотря на клиента, я готов заплатить сам, - я закрыл дверь на два оборота и повернулся, прижавшись к ней спиной. Зрительная игра его смеющихся глаз с моими и глупые шутки говорили больше, чем нежные слова. Но кому вообще нужны красивые слова, когда любишь? Поступки - вот, что оправдывает людей. Возможность просто поцеловать человека и получить ответ на свое чувство.
- А мне кажется, что ты работаешь за еду, - усмехнулся Джерард. - Прошу Боб, присаживайся, что стоишь?
- А куда мне можно сесть?
- Куда угодно.
Я подошел и, смахнув все с его стола, уселся на поверхность. В его глазах появился дьявольский огонек. Он встал и подошел ко мне, медленно облизнув свои приоткрытые губы.
- Так о чем вы хотели поговорить?
- О твоем плохом поведении.
- Бить будете?
- Просто накажу.
Он резко развернул мои ноги к себе, и я обхватил его, прижимаясь всем телом. Поднял лицо и дотянулся до его губ, которые тут же начали бороться с моими. Завтра, милый, мы будем свободны с тобой. И тогда нам точно ничего не будет мешать. Возможно, я даже расскажу Стиву и Даллону о нас с тобой. Возможно, маме. Или это так и останется нашим маленьким грязным секретом до конца учебы? Вот преподаватель и студент, которые отпускают в адрес друг друга издевки, не прекращают войну. Вот, вроде бы, они на парах лишь замечают друг друга и воюют, а в жизни им совершенно все равно. Один для другого такой же студент-неудачник, как и остальные, просто с характером. Другой же считает, что учится у шизанутого преподавателя. А тут узнается, что они любовники. Косые взгляды, пересохшее горло и обсуждения. Я не представляю, что будет, когда это всплывет. А что мне будет? Мне будет все равно. Совершенно. Я буду рядом с человеком, которого люблю. И что мне эти взгляды, когда мы с ним пережили больше? Мы едва чуть не столкнулись со смертью, с разбитыми сердцами и передозировкой счастья. Разве какие-то издевки со стороны гомофобов и прочих еретиков исправят нас с ним? Никогда. Тем более если, возможно, первые два дня я буду чувствовать неловкость, Уэй поможет мне. Ведь ему плевать на мнения.
Его губы выцеловывали мое лицо, а я медленно расстегивал ему джинсы. Пряжка громко звякнула, когда ремень полетел на пол. Его пальцы блуждали по моему телу, глаза медленно становились черными от возбуждения. У нас с ним еще есть время. То самое, перед встречей с Питером. Когда решится все. Когда все будет зависеть от последнего мгновенья. Мне нужны силы, чтобы противостоять всему. Чтобы взглянуть страху в глаза и подобраться непозволительно близко. Отпустить самого дорогого человека на несколько мгновений, на какое-то количество минут. Я все так и сидел перед ним, целуя ему грудь и живот, а он стоял, откинув голову назад. Мои джинсы уже оказались сброшены, как и рубашка.
Я лег на стол, утянув его за собой. Целуя жадно, медленно, пока он аккуратно входит в меня. Немного выгибаюсь в спине, глаза непроизвольно закатываются от удовольствия. Протяжный стон Джерарда, и засос на шее. Вскрикиваю от нахлынувшего удовольствия. Постепенно ускоряет темп во мне, тяжело дыша и постанывая. А вдруг сейчас кто-нибудь войдет? Плевать. Умрет от зависти, ничего страшного. Увидят, как мне хорошо с ним. Как мои глаза расширяются, как тело бьется в экстазе, будто под кайфом. Все взрывается в этот момент. Моего тела не существует. Оно теперь одно единое с человеком, который нависает надо мной. Души сливаются, прикосновения становятся жарче.
