Тут до меня дошло, что все смотрят на моего пьяного преподавателя. Я резко ударил своей головой парня, и тот убрал руки от меня. Все-таки ударил я его не хило, потому что у меня тоже голова болела. На меня полетел второй, я тут же оказался на асфальте, получив разок с правой в лицо. Первый пнул меня, и я закричал что-то неразборчивое. Уэй уже изрядно раскрасил третьего и, побежав ко мне, напал на первого. Тут началась чуть ли не кровавая война. Уэй с размаху, как Кунг-фу панда, въехал ему рукой по зубам, и тот, пошатнувшись и замахнувшись рукой, сумел разбить Уэю скулу. Я же, пытаясь отбиться от ударов, адресованных мне, все еще краем глаза наблюдал за Уэем. Тот повторил подвиг и тоже долбанул об землю первого. Ударив его об асфальт, он навис над ним и начал разукрашивать лицо. Но он был изрядно пьян, поэтому его тут же завалили на землю и стали набивать морду. Парень, который бил его, оказался одним из самых сильных, судя по моему секундному мнению.
- Помогите!!! - попытался кричать я и тут же получил еще раз в лицо. В глазах помутнело. Черт! Как больно! Я попытался отбиваться, но у меня это плохо получалось.
Изрядно набив нам морды, парни оставили нас лежать на асфальте, но так и не взяли кошельки. Просто обматерили, попинали и оставили. Все мое тело болело. Я с трудом мог дышать. Ненавижу драки, особенно когда меня бьют. Ну, я же не мазохист.
Взглянув на Уэя, я обомлел. Он лежал, не шевелясь. Все лицо было в крови, рубашка порвана. Он дышит вообще?
Первая моя попытка встать не увенчалась успехом. Мои руки настолько сильно болели, что я еле-еле двигал ими. Но спустя десять минут я смог подняться. Более или менее. Все это время Уэй лежал, не шевелясь.
- Мистер Уэй, - подошел я и потрепал его за плечо. Ноль эмоций. Мне уже стало страшно. Что делать?! - МИСТЕР УЭЙ?! - не шевелился. Я начал трясти его за плечи и, наконец, его лицо сморщилось. Он жив!
- Я тебе, блять, не мистер, - заплетающимся языком пробубнил он, не открывая глаз, пуская мне в лицо перегар. Кажется, он напился очень сильно. И что мне с ним делать? Надо помочь ему, отвезти в больницу. Но до ближайшей больницы надо было идти час, а до моего дома двадцать минут. Но не бросать же Уэя здесь! Но и не тащить домой. Нет, придется тащить.
- Я не пьяяяный! - вдруг заорал Уэй, когда я попытался его поднять.
- Да не пьяный, не пьяный, - пробубнил я и, опирая его на свое больное плечо, двинулся вперед. Он, кажется, даже не пытался идти. Даже ноги не волочил. Я споткнулся и вдруг упал на него сверху, больно ударив его об асфальт.
- Н-н-на ч-т-то ты... это... надеешься... шлюшка? - пробубнил он. Я снова встал и понес его. На этот раз он шел спокойно, не буйно. Отлично.
Придя домой, я бросил Уэя на коврике в коридоре. Черт с ним! Я еле его донес! Все тело ныло, а я жутко хотел спать. Нет, надо снять с себя одежду... И с Уэя. Обойдется! Пусть тут лучше лежит. Я попытался дойти до ванной, но боль в спине буквально свалила меня с ног. Я сел на диван, чтобы передохнуть, и уснул.
Проснулся от того, что мое тело заныло. Я сидел на диване все в том же положении. Пожалуй, это еще в сто раз хуже, чем похмелье. Черт, ненавижу это дерьмо! Я ведь так и уснул весь в грязной, пропитанной пылью и кровью одежде. Наверное, выглядит это ужасно. А как там Уэй? Медленно разлепив глаза, я едва повернул голову в сторону коридора. Уэя там не было. Куда он делся? А, хуй с ним. И так с ним намаялся, с пьяницей. Но он заступился за меня... Хотя, будь он трезвым, прошел бы мимо или помог бы им. Например, стоял бы в сторонке и кричал: "ДАВАЙ! ДАЙ В ЛОБ ЭТОЙ ШЛЮШКЕ!". А, может, есть в нем что-то человеческое? Нет. Он просто был пьян.
Я встал. Все тело скрипело, как у девяностолетней старухи, больной радикулитом. Вот мне бы сейчас еще клубок с нитками и девять кошек. Ай, как же все болит!
Даже не взглянув на себя в зеркало (не дай Бог!), я залез под душ, смывая с себя все то, в чем вчера валялся. Грязь, кровь, пыль, чужая кровь. Еще от меня дико несет перегаром. Так-с, кажется, это Уэй надышал на меня. Фу, как так вообще напиваться можно? Хотя, плохой пример. Сам недавно превращался в алкаша.
Наконец, выйдя из душа, я посмотрел на себя. Красавец! На скуле радужно поблескивал синяк, губа разбита, по всему телу синяки. Даже татуировки у меня бледнее. Черт!
Выйдя в коридор, я почувствовал вкусный, сладкий запах. Что это? Мама вернулась? Запах манил меня на кухню. Там, на столе, стояла тарелка с омлетом и чашка свежего кофе. Все еще вкусно пахло и, кажется, было теплым. Над этим всем красовалась записка, написанная аккуратным почерком "Неуважаемая шлюшка! Спасибо, что оставил меня, полуживого, спать в коридоре среди своих вонючих ботинок. Ожидал более теплого приема, но за это тебе этот завтрак, чтоб ты подавился. P.S Купи себе еды какой-нибудь, что ли. P.P.S. Ты, когда спишь, похож на медвежонка. Твой самый страшный кошмар".
