Реальность схлопнулась вокруг неё, и Елена материализовалась у восточной стены Ордена. Её колени подогнулись, к горлу подступила тошнота — обычная реакция на дальний прыжок, как предупреждал учитель теней. Но что-то было не так. Печать в груди всё ещё пульсировала, реагируя на присутствие скверны, но… где следы битвы? Где раненые? Где разрушения?
Массивные стены Ордена возвышались перед ней, такие же незыблемые, как и сотни лет назад. В утреннем свете серый камень казался тёплым, живым. Ученики спокойно занимались во внутреннем дворе, отрабатывая традиционные стойки школы Каменного Сердца. Никаких признаков тревоги или недавнего нападения.
“Почтенная гостья!” — окрик от ворот заставил её обернуться. Молодой ученик поклонился. — “Вы так неожиданно появились… Позвольте проводить вас к мастеру.”
Елена кивнула, пытаясь собраться с мыслями. Может быть, её дар ошибся? Но нет — она по-прежнему чувствовала присутствие скверны, хотя теперь оно казалось каким-то… старым, устоявшимся, словно след давно зажившей раны.
Главный мастер Ордена встретил её во внутреннем дворе. Высокий, широкоплечий, с длинной седой бородой — само воплощение силы и стабильности школы Каменного Сердца. Но что-то в его улыбке показалось Елене неестественным.
“Какая честь!” — его голос был слишком громким для обычного приветствия. — “Целительница из храма решила навестить наш скромный Орден? Чем обязаны?”
“Я почувствовала… беспокойство,” — осторожно ответила Елена. — “В школе Пылающего Разума было нападение существ скверны. Я думала…”
“О, эти слухи!” — мастер махнул рукой. — “Да, мы слышали о проблемах в других школах. Но здесь, в Ордене Каменного Сердца, всё спокойно. Наши стены крепки, наши традиции нерушимы.”
Елена внимательно наблюдала за ним, отмечая детали. Его движения были плавными, но какими-то… механическими. И ученики во дворе — они двигались синхронно, словно марионетки. Что-то определённо было не так.
“Вы, должно быть, устали с дороги,” — мастер положил руку ей на плечо. Его пальцы были холодными, слишком холодными. — “Позвольте показать вам наши новые тренировочные залы. Они на нижних уровнях, там прохладнее.”
Двое учеников пристроились позади неё, когда они начали спускаться по широкой лестнице. Формально — почётный эскорт. Но Елена кожей чувствовала их напряжённые взгляды. Они не сопровождали её, они конвоировали.
С каждым шагом вниз печать в груди пульсировала всё сильнее. Скверна была здесь, совсем рядом. Но почему она ощущается так странно? Словно… словно она давно уже пустила корни в самом сердце Ордена.
Мастер продолжал говорить — о традициях, о силе, о превосходстве техник Каменного Сердца. Но Елена уже не слушала. Она пыталась понять, куда на самом деле ведёт эта лестница, и почему с каждым шагом узоры теней вокруг становятся всё более искажёнными.
Елена следовала за главным мастером Ордена Каменного Сердца по узкому коридору, ведущему вглубь горы. Факелы на стенах отбрасывали дрожащие тени, разбегавшиеся от шагов как живые существа. Еще два ученика молча шли позади, их дыхание было слишком размеренным, словно отмеренным по каплям.
Печать в груди пульсировала — едва заметно вначале, но с каждым шагом вниз ее биение усиливалось. Елена сохраняла внешнее спокойствие, хотя внутренне все её инстинкты кричали об опасности. Профессиональная привычка реаниматолога не поддаваться панике оказалась как нельзя кстати — она наблюдала, анализировала, искала выход.
“Наши новые тренировочные залы — настоящее достижение,” — говорил главный мастер Орден, высокий мужчина с седыми висками и неестественно прямой осанкой. “Мы модернизировали древние техники. В этом суть развития — не цепляться за прошлое, а строить будущее.”
Его движения были отточены до механического совершенства, но Елена замечала мелкие сбои в ритме — секундные заминки, словно внутри него боролись две воли. Прозрачные нити его жизни, видимые только ей, были оплетены тонкой черной паутиной с красноватым свечением.
“Звучит впечатляюще,” — произнесла она, отметив, как тени вокруг пальцев мужчины слишком быстро рассеивались. — “Интересно, как именно вы модернизировали традиционные методики?”
Мастер повернулся, его глаза на мгновение блеснули не отраженным, а собственным светом.
“Вы увидите. Очень скоро.”
Спуск продолжался около получаса. С каждым пролетом лестницы стены становились древнее — от обработанного камня к грубым наскальным рисункам, а затем и к природной породе с вкраплениями минералов. Воздух становился тяжелее и прохладнее. Дыхание учеников позади изменилось — стало глубже, с едва различимым свистящим призвуком.
Елена позволила кончикам пальцев скользнуть по стене. Текстура камня передавала странную вибрацию, не ощутимую обычными чувствами, но заставляющую печать в груди пульсировать в такт.
