- Вернусь в Нефритовый храм, - она бросила взгляд в сторону города, где первые звезды уже загорались на темнеющем небе. - Там нужна помощь в исследовании природы скверны. У меня есть доступ к древним свиткам, возможно, найду упоминания о подобных вспышках в прошлом. Что-то подсказывает мне, что мы не первые, кто сталкивается с этим явлением.
- Мы как будто разделяем силы перед новой битвой, - заметил Феликс.
- Иногда нужно разделиться, чтобы охватить больше пространства, - Елена слабо улыбнулась. - К тому же тебе явно нужно время для работы с собственной энергией. Печать в твоей груди меняется. Я вижу это даже без особых способностей.
Феликс прислушался к пульсации символа. Действительно, теперь, когда речь зашла о возвращении в школу, его свечение стало более ровным, словно одобряя это решение.
- Будь осторожна в храме, - сказал он. - Скверна становится все изощреннее.
- А ты не торопись с этими изменениями, - ответила она. - Любая трансформация требует времени и понимания. Особенно такая глубокая, как та, что происходит с тобой.
Феликс и Елена обменялись прощальными поклонами, более глубокими, чем требовал этикет, они признавали значимость друг друга. За эти дни они научились доверять друг другу и сейчас не нуждались в лишних словах.
Рассвет окрасил небо в розовые тона, знаменуя начало нового дня. Феликс смотрел, как фигура Елены растворяется в утренней дымке, направляясь к городу. Впереди их ждали новые испытания, но сейчас каждый должен был пройти свой путь самостоятельно, чтобы потом объединить обретенные знания и силы.
Пробуждающийся символ в печати пульсировал в такт его шагам, когда он направился в сторону школы Текущей Воды. Что-то подсказывало ему, что следующий шаг его пути будет не менее важным, чем все предыдущие.
В пространстве между мирами, где реальность истончается до состояния полупрозрачной пелены, за всем происходящим наблюдало нечто древнее и чуждое. Тысячи глаз, похожих на чёрные провалы в ткани мироздания, изучали произошедшее через едва заметные трещины в защите мира.
Там, где недавно пульсировал темный кристалл, теперь зияла пустота, брешь в сети, которую плела скверна. Потеря была неприятной. Скверна не испытывала эмоций в привычном понимании. Ее чувства были ближе к колебаниям вероятностей, к искажениям в потоках возможностей. Она изучала следы битвы, впитывая информацию о тех, кто осмелился ей противостоять.
Пристальное внимание привлекла печать молодого воина, в ней было что-то неправильное, что сопротивлялось искажению, не подчинялось привычным законам заражения. Это требовало тщательного анализа.
Феликс чувствовал это враждебное внимание легкой дрожью печати, точно что-то дотянулось до него из-за грани реальности, прикоснулось на мгновение и отпрянуло, обнаружив неожиданное сопротивление.
Скверна заструилась по трещинам реальности, как вода по расщелинам камня, отмечая пути и связи. Школа Текущей Воды. Нефритовый храм. Места, где пути двух чемпионов расходятся и неизбежно сойдутся вновь.
Глубоко в недрах искаженного пространства что-то шевельнулось, среди тысяч глаз открылся еще один, он был древнее самой скверны, мудрый и терпеливый. Да, потеря кристалла была ожидаемой. Необходимой. Как и реакция печати на близость искажения.
Узоры вероятностей сплетались в сложный танец. Один кристалл ничто по сравнению с тем, что грядет. Пусть они думают, что одержали победу. Пусть печать раскрывается, показывая свои секреты.
В конце концов некоторые двери лучше открывать чужими руками.
В пространстве между измерениями тысячи глаз моргнули одновременно, и древний глаз растворился среди них, словно его никогда и не было. Скоро. Совсем скоро.
Утренний туман стелился по горной тропе, превращая камни в размытые серые тени. Феликс поднимался медленно, каждый шаг давался с трудом. После энергетического истощения в Каменном Сердце тело всё ещё восстанавливалось, мышцы ныли от перенапряжения. Прошло всего два дня, а произошедшее уже казалось далёким и нереальным, как чужой сон.
Печать в груди пульсировала, но уже не причиняла боли, требующей немедленного внимания, а согревала теплом, напоминая о неоконченном деле. Пробуждающийся спиральный символ созрел для следующего этапа, и Феликс чувствовал, что этот процесс нельзя больше откладывать. Трансформация должна произойти сегодня. Фортуна выбрала его не просто так, и сейчас, когда до затмения оставалось чуть больше трёх недель, он должен был использовать каждое преимущество.
Первые звуки тренировок донеслись до него задолго до того, как показались стены школы. Глухие удары, резкие выкрики команд - школа жила в непривычном для неё ритме. Феликс замедлил шаг, прислушиваясь и анализируя, что-то изменилось в привычной какофонии утренних занятий. Ритм стал жёстче, команды - короче, четче.
