Например, до разбирательства с военными добраться вообще не получилось. Контрразведка ответила уведомлением, что поскольку она является организацией, публичная деятельность, которой регламентируется законом «О государственной тайне», то претензии к её работе могут рассматриваться только исключительным порядком, и лицами, имеющими допуск к работе с секретными документами. Поэтому увы и ах, госпожа Пак ЮнМи, ваш представитель не канает. У него второй уровень, а нужен первый. Как объяснил адвокат, комментируя полученную цидулю, это означает, что он должен иметь право ознакомления с документами под грифом «Сов. секретно». Это вообще охренеть какое требование, поскольку допуск к сведениям «особой важности» накладывает серьёзные ограничения на образ жизни людей, его имеющих.
При этом, видимо понимая, что ЮнМи, как представительница слабого пола, будет огорчена такими обстоятельствами, «рыцари плаща и кинжала» решили не выбиваться из «благородного образа» и «в опоследнихстроках своего письма» сообщили: «назначенная комиссия, изучив обстоятельства произошедшего, не обнаружила в действиях своего сотрудника каких-либо нарушений». Типа, всё. Мы тут посмотрели, ничего не нашли, успокойтесь. Из кого была собрана эта «комиссия», осталось неизвестным. Может, из дежурного водителя, дневального и наряда по кухне? Вполне ведь может такое быть!
Военные — тупоголовые морпехи — видимо посмотрели на действия более умных и, решив не напрягать свой мозг, пошли по их следам. Тоже прикрылись «государственной тайной». Мол, страна воюет — какие вам ещё подробности? Вот победим, тогда и приходите…
Адвокат сказал, что будем писать жалобу на «неправомерные требования». В общем, путь к справедливости начинает выглядеть как путешествие вокруг Земного шара пешком. Несколько лет, точно…
Конец
цитаты из —
пят
надцатый щелчок зубами.
Начало цитаты из —
д венадцатый щелчок зубами
Время действия: восьмое февраля, утро
Место действия: исправительное учреждение «Анян», в одной из комнат.
— Присядь! — строго требует аджума с швейного производства.
Выполняю её просьбу — сажусь на корточки.
— Нигде не тянет?
— Вроде нет. — отвечаю я, встаю и ещё раз, на всякий случай, приседаю
— Всё хорошо. — поднявшись на ноги, сообщаю наблюдающей за мною аджуме.
