Линия полностью

[*.*] — Они поднялись на песни Агдан. По щелчку её пальцев запрещается исполнять её песни и всё. Вся прибыль от песен Агдан превращаются в тыкву…

[*.*] — У них новые песни есть не хуже, чем у Агдан.

[*.*] — У неё же сворованные. Кх-кх-кх.

[*.*] — Ты докажи, что сворованные. Суда не было.

[*.*] — Да и без суда всё ясно. Не было, не было талантливых авторов, а тут раз телефон пропал и откуда-то целый выводок гениев.

[*.*] — Агдан не гений. Она мало трудилась.

[*.*] — Опять старую волынку затянули…

[*.*] — Не ссорьтесь, всё равно скоро весь персонал разбежится. Кто девочкам из «Короны» будет песни ставить?

Время действия: вечер.

Место действия: Помещение «Короны», кухня.

КюРи смотрит в планшет, временами хмуриться.

— Девочки, нам конец!

— Что, опять ЮнМи?

— Что она в этот раз натворила?

— Натворила. «Самсунг» объявил «FAN Entertainment» режим «токсик» за издевательство над ЮнМи.

— И?

— Это значит, что через неделю в FAN не будет персонала, все уволится.

— А, через месяц FAN банкрот.

— Или три месяца, но это без разницы. Нам то что делать?

— Проклятие Агдан сработало. Я же вам говорила, говорила.

— Говорила. Но даже большие поклоны ИнЧжон и БоРам не сработали. Сколько люлей мы получили за то, что в аэропорту рядом с ними встали.

— Может и сработали, но только для них двоих. Их Агдан в новое агентство возьмёт. Песни она ещё до японского тура нам написала. Помните, когда она с СанХёном очередной раз ссорилась? Нам ещё в коридоре говорила! Бедный СанХён. Был бы жив, мы бы уже новые песни ЮнМи учили. По крайней мере четверым точно обещала.

Все вздыхают.

— Девочки, может завтра позвоните ЮнМи? За себя, за «Корону» слово замолвите.

— Куда позвонить? ЮнМи в тюрьме, там сотовые отнимают.

— Ну тогда ЁнЭ. Она сейчас подписи в поддержку Агдан собирает.

Время действия: восемнадцатое января, четыре часа утра

Место действия: исправительное учреждение Анян, блок карцеров

Начало цитаты из — десятый щелчок зубами «Чужой».

По коридору с серыми бетонными стенами, освещаемому белым светом светодиодных ламп, разносится грохот. Две охранницы с дубинками в руках, молча смотрят на содрогающуюся железную дверь, которая является источником шума.

— Минут десять уже колотит, — не поворачивая головы, наконец произносит одна из них.

— Угу, — отвечает ей напарница и, вздохнув, предлагает: — Ну что, давай…

Первая охранница кивает и, подняв дубинку, стучит ею в преграду.

— Заключённая Пак ЮнМи! — строгим голосом произносит она. — Прекратите нарушение порядка! Немедленно отойдите от входа и встаньте напротив него, у стены!

Шум смолкает.

— Мне только спросить! — раздаётся приглушённый голос.

— Повторяю. Отойдите от двери и встаньте у стены, чтобы вас было видно! — требует караульщица. — Мы откроем окошко для переговоров!

В камере воцаряется тишина. Решив, что приказание выполнено, охранница отодвигает засов и открывает небольшое оконце, в котором тут же появляется голова ЮнМи.

— Скажите, как зовут друга АйЮ⁈ — громко восклицает она.

Вторая охранница, вздрогнув от неожиданности, вскидывает руку с приготовленным заранее газовым баллончиком и выпускает струю аэрозоли прямо в лицо сиделицы.

— Ай! — хватаясь руками за глаза, вскрикивает та, отскакивая прочь. — ЗА ЧТО⁈ Я же просто спросить хотела! У-у-у! Больно! Печёт! Суки…

Прижимая ладони к лицу, ЮнМи сгибается пополам, силясь перетерпеть боль.