Не то все. Неправильно. Сами же пришли — и за чем? За этим? Он огромный, сильный. Руки не барские, со шрамами — значит злой. И когда выспрашивал всякое с дружком своим — все на дом косился. Чует, небось — зверь. Рука не поднимается убивать того, кто не причастен, но как иначе-то? И этих трех надо куда-то деть… Увести бы… Или самой уходить.
Женщина расхаживала по комнате, бормотала себе под нос и не выпускала колуна из рук. В углу горницы, привзанный к той самой лавке, лежал чужак. Получеловек-полузверь.
— Ты зачем так? — неожиданно тихо спросил он.
— Надо. — бросила женщина и еще быстрее зашагала по кругу.
— Девчонок-то отпусти. — не может он просить за других. Это хитрость какая, обман.
— Молчи!
— Те люди обидели тебя или твоего мужа? — продолжал ввинчиваться в виски его голос. Полузверь словно и не был распластан для свежевания, участливо смотрел на нее. Так смотрел лишь муж на заре знакомства.
А отчего бы и не поговорить?
— Они? Они не обидели… — выдавила из себя женщина и села чуть поодаль, прямо на выскобленный пол. — Пришли и взяли, что захотелось. В своем праве были… А опосля я свое право взяла.
Он замер, но смотрел против ожидания без ужаса или отвращения.
— Лучше бы сразу сказала. Придумали бы что-нибудь вместе.
Что он городит? Какое вместе? Нет у нее больше этого «вместе», оно до сих пор с матицы свисает…
— Поговори с Люсей. Это рыженькая. — с каким-то непонятным выражением лица произнес полузверь. — Она тебя поймет и вообще… Ей тоже с тобой поговорить полезно.
Рыжая? Да пронырливая, как лиса, за своего убьет, по лицу видать. Это что же, ее зверя поймала?
Она рассматривала его — явно нездешний. Верно говорили, грек. Волосы темные, лицо широкое, глаза чуть раскосые. Вроде с первого взгляда простой, а присмотришься — ох, и хитер.
— Дальше-то что думаешь? — осведомился чужак.
— Дальше?
Она не думала про дальше. Муж таких указаний не давал. Убив зверей и раскидав их туши по заброшенному поместью, она ежевечернее садилась у стола, зажигала лампу и ждала. Час, другой, спина затекает уже, а он все не идет.
— Их начнут искать. Полиция придет. Тебя и так уже подозревают, а тогда уж и сомнений не останется. Уходить тебе надо. — деловито посоветовал он.
Полиция? Этим-то сюда ход заказан. И тогда еле дождались урядника.
— У тебя же цель была, верно? — уточнил пенник. — а теперь не знаешь, куда дальше идти…
Она закрывает ладонями уши, но его голос продолжает проникать под темя.
— Что дальше? Что дальше Что дальше?
