Грудной, глубокий ее голос и звон близкого удовольствия в нем заставляют его ускориться, бедра раз за разом встречают ее упругое тело, и, когда она сжимается вокруг, всем телом встречая его вторжение, Джейме сдается. Изливаясь в ее тело, глубоко, он держит ее, как будто она может вдруг вырваться и убежать.
Но Бриенна не убегает. Им больше некуда и незачем бежать.
Впервые в жизни Джейме Ланнистер лежит рядом с женщиной полностью нагим, не намереваясь вставать и уходить никуда. «Здесь мое место, — думает он, поглаживая правой рукой — тем, что осталось — ее взмокшую грудь, все еще покрытую румянцем, — здесь моя женщина». Когда она закрывает глаза и стыдливо усмехается, Джейме начинает улыбаться тоже.
— Что?
— Я всегда думала, что со мной нельзя, как с другими женщинами.
— А?
— Ну… я думала, что, раз я отличаюсь от них, — Бриенна закрывает алеющее лицо ладонями и смотрит поверх них, смущенно и внимательно с тем, — телом, я имею в виду. То и… устроено оно у меня как-нибудь… не так.
— Послушай меня. Послушай, — он обвил ее руками, прижался к ее шее, зашептал ей на ухо, — все у тебя устроено так, как надо. Ты безупречно сложена. Ты самая желанная из всех женщин, которых я только мог себе представить.
— Они красивее.
— Но я здесь. С тобой. Не хочу и не могу быть ни с одной другой в целом мире. И не хочу делить тебя ни с кем.
Почему он не сказал этого раньше? Почему не Зимой? Почему не нашел в себе сил тогда рассказать ей, как хочет ее? Почему до сих пор ничего не сказал о том, что любит? Джейме проклинал себя за каждую ночь, которую провел с ней рядом, не занявшись с ней любовью.
— Джейме, — нежнее ее рук он не знал ничего, особенно, когда она прикасалась так к его лицу, — я люблю тебя.
Поцелуй — не самый правильный ответ на эти слова. Но все же ответ.
— Джейме. Давай не умрем.
— Я совсем не против еще немного пожить, женщина.
— Я серьезно…
Днем она — несгибаемая воля, леди-командующая, рыцарь без страха и упрека. Ночью в его руках Бриенна, случается, плачет, признается в любви, в другие ночи заставляет рыдать его — умолять, просить, подчиняться и сдаваться, в конце концов.
И он сдается, снова и снова.
— Я не умру, пока живешь ты, — обещает Джейме, глядя ей в глаза — семь небес, десять морей, полные любви и веры, — пока ты…
— Не говори, не надо.
— Это правда. Я твой. Навсегда. У меня не так много этого «всегда» осталось, женщина, чтобы шутить с твоим сердцем.
— Ты даже не представляешь, как часто это делал, — слабо улыбается она, вытирая опять слезы; это дождь, должно быть, заставляет ее расчувствоваться, оправдывает женщину Джейме.
«Мы когда-нибудь будем живы и счастливы?», спросил он ее Зимой, но и тогда она не знала ответа. Неизвестность окружает их со всех сторон. Одно известно обоим: ритм сердцебиения, размеренный и привычный, изменился у обоих в первый миг их первой встречи. И изменился мир, даже если сначала перемены были малы и незаметны. И с каждой следующей встречей перемен становилось больше, они накапливались, они встречали их на их новых дорогах вместе, они ждали их в изобилии везде, куда бы они ни пошли.
Была Зима. Было Лето. Были тысячи Зим и тысячи Лет, и в каждом времени года они были вместе, препираясь, признаваясь в любви, целуясь, сражаясь, споря, ругаясь, отстаивая честь друг друга и разбивая друг другу сердца.
Порыв ветра ворвался в шатер, затушил единственный источник света, бросил серые тени плясать на полог тента, разметал бумаги со стола, принес запах костров и походного быта. Они сели — Джейме хмыкнул, когда их руки столкнулись, тянущиеся к мечам одновременно.
— Смолой пахнет, — прошептал он, вдыхая ветер, — и акациями.
— Морем, — добавила Бриенна.
Ее теплое, крепкое плечо прижато к его собственному. Ее растрепанные волосы щекочут его шею и ухо. Ее полные горячие губы на его затылке, пока руки сплетаются, пока они дышат вместе, и это больше, чем влечение, больше чем война, чем даже их мечи, их Зима, это —
Вдох-выдох —
— Без тебя больно, — сказала Бриенна.
Вдох-выдох —
— Надо быть довольной тем, что есть? — продолжила она, — как, если хочется больше, хочется всегда, и всего мало, что есть, если —
Вдох. Выдох. Вдох.
— Ш-ш-ш, -выдохнул Джейме, и ветер тоже сказал «ш-ш-ш», остановил время, пока длился их поцелуй. Пока глаза отражали, как бездна падает в бездну: зелень, синева, общая бесконечность.
Далекие удары барабанов Вольного Народа выбивали ритм сердец, но ветер молчал, и время не спешило никуда. Выдох. Выдох.
— Ты мой воздух, Бриенна, — Джейме вдохнул, она вдохнула тоже, — ты моя жизнь. Ты моё всё.
Ветер взметнул полог еще раз.
Дождь прекратился.
Комментарий к Когда закончатся дожди
bittersweet romance before drama)
========== Не сдаваясь страху ==========
Леди Арья, на которую Бронн из самых лучших побуждений не смотрел, все еще оставалась с ним. Пожалуй, сир Черноводный ничего не имел против. Да и кто бы имел. Джон был только рад, кажется, занять чем-то младшую сестрицу, пока он в отъезде, леди Санса по-прежнему не показывала носа из своих комнат.
