— Ваш брак с Боллтоном, — вдруг заговорила леди Тирелл, пристально вглядываясь в лицо Сансы, — каков он был? Мне говорили, этот бастард имел обыкновение сдирать с людей кожу живьем.
Леди Старк не сбавила шага.
— Это так.
— Вы жили с ним довольно долго. Но детей у вас не было.
— Некоторым бракам лучше оставаться бесплодными, миледи.
— Смело, — фыркнула старая Роза, — однако, если мы говорим о браке моего Лораса, он таковым быть не должен. Наследники нужны Хайгардену так быстро, как это возможно. Наследники Лораса, моя дорогая.
Леди Тирелл оглянулась на маячившую в отдалении фигуру Пса. Санса подавила усмешку. Она еще помнила наставления Оленны Тирелл о супружеской жизни и рождении детей. Возможно, леди Тирелл хотела намекнуть, что не потерпит в семье детей от потомка псарей. Но оказалось, мысли леди Оленны были о другом.
— Вы уверены в этом человеке? Он служил Ланнистерам.
— Это было давно. Теперь он служит мне.
— Допустим. Однако остается еще вопрос. Я не могу отказаться от помолвки Лораса с Мирцеллой Баратеон. Это было бы неразумно в сложившихся обстоятельствах.
— Не беспокойтесь, леди Тирелл, — Санса сжала руки Розы и ободряюще улыбнулась ей, — возможно, Мирцелла предназначена именно Лорасу. Я уверена, что ее происхождение не помешает ей подарить вам много прекрасных наследников.
Проницательный взгляд леди Оленны не смущал девушку. Она была спокойна. О том, что леди Санса дружна с лордом Десницей, знал весь двор, как и о том, что она была за ним замужем прежде. Тирион оказывал покровительство благотворительным занятиям Сансы, а она никогда не пренебрегала возможностью преподнести ему подарок или лично озаботиться выбором служанок для Десницы. Дружба бывших супругов вызывала своего рода умиление при дворе — многие помнили, как начинался их брак, в который обе стороны вступали по принуждению.
И он все еще Ланнистер, ее кровный враг.
— Лорас всегда высказывался о вас с большим уважением, леди Старк, — вздохнула, наконец, пожилая дама, — жаль, что он очень замкнулся в себе после трагедии в септе Бейелора. Я думала, после возвращения с Севера он станет прежним, но кажется, это невозможно.
— Я думаю, слишком яркий блеск покрытия мешает увидеть то, что внутри, — ответила Санса убежденно.
Это была та истина, которая открылась ей еще во время помолвки с Джоффри; навязшая в зубах, давно известная, но постигнутая на личном опыте, эта правда была ей особенно дорога. Тогда Санса начала понимать, что прежде была слепа. Она не обманывает себя, думая, что прозрела; она продолжает учиться у всех, кого встречает.
— Вряд ли вас смутит внешность Лораса, если ваш рыцарь-защитник Сандор Клиган, — высказалась леди Оленна, останавливаясь, чтобы попрощаться. Санса покачала головой.
— Он не рыцарь, — тихо сказала она вслед леди Тирелл.
Прогуливаясь в одиночестве по расцветающему саду в сопровождении своего бессменного телохранителя, Санса размышляла о том, что слишком много в ее будущей жизни зависит от случайностей. И от того, чего еще не произошло. Если оно произойдет.
Если Тирион действительно сместит Дейенерис. Если Джон не вступится за нее — она знала, что убедить его будет непросто. Если Ланнистер не опередит ее и не выдаст Мирцеллу за Лораса. Хотя, как прекрасно знала Санса из своего опыта, многие браки оказываются на редкость недолговечными.
В отличие от тайных или запретных союзов. Она полуобернулась, улыбаясь Псу.
— Сорвите мне несколько веток мимозы, Сандор. Я хочу украсить альков кровати чем-нибудь золотым. Сегодня мы играем в кайвассу с лордом Десницей.
— Этот Бес, — прорычал себе под нос Клиган, топая через клумбы к указанному растению, — это?
— Нет-нет, что вы делаете! Сломаете всю! Небольшие. Вы ходите прямо по тюльпанам.
Она присела перед поникшими цветами и потрогала их лепестки. В детстве она иногда дула на них, мечтая облегчить их боль, когда ее братья ломали стебли. Пёс возвышался над ней, сжимая и разжимая охапку желтых мимоз в своих громадных ручищах.
— Я хочу тебя обнять, — пробубнил вдруг он, — и гулять с тобой под руку хотя бы иногда. Полдня вижу только твою задницу. И то она под юбкой.
Санса тихо прыснула, оглянулась вокруг, вставая и быстро даря своему защитнику невинный поцелуй в обгорелую щеку.
— Верьте мне, Сандор, — тихо сказала она, глядя ему в глаза, — такое время наступит. А обнять меня вы можете вечером.
Она принюхалась к мимозам в его руках.
— Хорошо, что я не цветок, — добавила Санса, — я не сломаюсь.
*
Многие великие Дома содержали свои собственные темницы во дворце. Это не было секретом ни для кого. Дворцовое правление философски относилось к тому, что с утра повздоривший с супругой лорд мог заточить в темницу свою жену, а вечером оказаться в ней сам. Королевские подземелья едва не навек покрыли себя дурной славой при Безумном Короле, и вновь наполнились криками несчастных жертв во время правления Серсеи.
