Объяснил и расклады по поводу нашего задержания. Поймают, посадят, хрен отмоешься. Как мне не хватает бродяги, ему такие банальные вещи не пришлось бы объяснять…
И вообще, ты кор-сэ́ или кто?! Привыкай расплачиваться чужими жизнями за свою, что, впрочем, с тебя не снимает ответственности и возможности самому принять смерть, когда подобный расклад будет выгоден всем, кроме тебя. Так сказать, взаимообмен…
Кто может, тот поймёт, а кто не может сразу, ну и… Некоторым просто не объяснить тонкости граней этики и морали людей, живущих на краю…
До Адруса вроде дошло, а если и нет, то он не спешил меня осуждать. Гумус, напротив, во многом привык слушать моё мнение, а может, он просто понимает, что в таких замесах или убегать, или живым не сдаваться. Сопровождение кор-сэ́ меня не обвиняло, матерые мужики, этим лишние слова не нужны…
Последующие дни прошли как-то незаметно. Слякоть, сырость, ветер, холод. В один из дней пошёл снег. Легкие такие мокрые хлопья. Здравствуй, попа, Новый год – зима началась.
Я был рад. Кто не в курсе, то лучше мокрый снег, чем температура около нуля. Чисто по ощущениям во время снегопада всегда теплее, чем в сырость нулевой погоды.
Надо отметить, что местные к нему отнеслись с опаской. Тут в окрестностях столицы далеко не каждый год снег идёт. Так-то даже странно – лес смешанный, ну в смысле хвойный и лиственный, а снега зимой нет…
Для знающих людей пояснять не придётся, но для прочих поясню: ну не любят хвойные жару, сохнут и горят летом. С учётом того, что в лесу они всё же встречаются, то что-то не так с местными ветрами…
Через неделю мы по снежной слякоти выехали не пойми куда. Эрзе, один из двух уцелевших «копья» Адруса, поймал какого-то крестьянина, привёл к нам, и выяснилось, что рядом живёт какой-то захиревший рыцарь.
Под кем он живёт?! Какая разница! Жрать охота, мы же продвигаемся лесами и избегаем людных мест. У нас все припасы начали подходить к концу, негде продуктов купить, то, что было, уже съели.
Стоит ли говорить, что вся наша шобла просто мечтала увидеть этого рыцаря, ну, точнее, не самого его, а поляну, накрытую в честь нашего прибытия. От себя добавлю: достало жрать солёное мясо…
Как вам сказать, я, конечно, всякое в жизни видел, но такое… Усадьба рыцаря вызывала удручающее впечатление. Непонятно, где дом, а где сараи, всё как-то слилось в единое целое. Какой там замок?! Ров, вал и частокол?! Сараи, пристройки и что-то, похожее на землянку, для тепла обложенное торфом[76]. Свиньи и куры бегают по огороженной части жилища во дворе. Под ногами во дворе слякоть из снега, грязи и навоза животных.
С трудом балансируя по этому скользкому пласту на земле, мы заселились к рыцарю на ночёвку. Он был низкорослым даже по местным меркам, худощавый мужчинка с лихо закрученными усиками. Встретил нас как родных. Его домашних мы так и не увидели.
А где бабы-то? Холостяк?! Тогда понятна разруха и нищета… Были, правда, какие-то оборванцы из «копья» рыцаря, вроде вполне адекватные люди. Хотя я бы не стал так о них говорить, они при деле – нас пасли на всякий случай. Ну, по крайней мере, я бы на месте рыцаря именно так и поступил…
Мы отъедались, пили – впервые за неделю блужданий по лесу. Рыцарь нас обо всем расспрашивал и тихо спаивал – сам небольшими глоточками из деревянного кубка, а нам – по полной чаше.
Если честно, меня поначалу настораживало то, что нас пытаются напоить, но, с другой стороны, ожидать от этого сморчка подлянки как-то нелепо, плюну – он утонет… Его «копье» тоже не столько следило за порядком, сколько тянулось шаловливыми ручками к столу и всячески спешило нажраться…
На всякий случай есть страховка оруженосца. Гумусу я внушил, чтобы не воровал, тем более что брать тут нечего, а смотрел в оба глаза за нами. Мелкий мне обещал чуть что – стрелять без раздумий из арбалета, а мне этого уже достаточно. Тем более что тут с нами, в этой глуши, может неприятного произойти?!
Утро началось с криков и воплей. Я, пытаясь удержать тяжёлую голову, разваливающуюся от похмелья, пытался понять, почему так орут. Всё оказалось до банального просто – я лишил невинности единственную, а на самом деле – вторую из трёх дочек местного рыцаря.
Собираюсь с мыслями, башка трещит, а мне суют под нос какие-то соломинки со следами крови на них. Что тут вообще происходит?! Пытаюсь припомнить, что было вчера…
Всё просто. Я нажрался, пошёл спать. Гумус меня, наверное, в это момент страховал, и потому я был спокоен как танк. Ну подумаешь, какая-то дворовая девка взяла под руку и повела на сеновал.
Романтикам скажу: заткнитесь. Клин клином вышибают. Хотя ещё по земному опыту скажу, что не особо и помогает это при самых жёстких случаях… С босыми грязными ногами, в простых тряпках. Вполне симпатичная крестьянка. Ну кем она ещё может быть?
