Сурд и Эрзе наши забавы не разделяли, но они и в форту задерживаться не будут: сопроводят до места – и обратно в столицу. Мубер Латьяун не настолько дурак, чтобы оставлять сыну своих бойцов. Чем меньше у сына поблажек по службе, тем для него же лучше.
До форта мы добрались относительно быстро. В общей сложности с момента выезда из столицы всего три недели пути с чем-то, и это несмотря на то что мы часто ехали по бездорожью, а не по наезженным трактам. Помнится, с Антеро я чуть ли не месяц полз по тракту, да и то до столицы не доехали. Всё же наличие лошадей значительно ускоряет продвижение.
Сам форт впечатлял. Он стоит на каменной подушке холма вблизи от местной мелкой речушки. Территориально находится примерно где-то посередине между землями графства Илмар и баронствами, в которых я очутился на этом свете. Другими словами, что в одну сторону, что в другую – от семи до десяти дней конного пути.
Относительно недалеко от форта расположились на свой страх и риск таверна, шорник[77], кузня, портной, плотник – в общем, такой небольшой промышленный район. Там, где есть крепость, неизбежно появляется мастеровой люд, вырастают их домики. Ну и бордель – это непременно, а то что делать такому количеству мужиков, из которых далеко не все женаты?
Почему на свой страх и риск? Тут все просто. Гарнизон – это скованная условностями воинская часть, и свободного шатания гражданских никто по этой территории не позволит. С другой стороны, мастеровые давно свои люди в гарнизоне и при набегах бегут в форт прятаться за стенами. Или, может, кто-то считает, что вояки не укроют при налёте товарища по пьянке, пусть он и мастеровой, быдло, другими словами? Или тем более не укроют за стенами полюбившуюся шлюху, пусть даже через неё весь гарнизон не по разу прошёл? Не все же такие брезгливые, как сопливые романтики.
Быт в форту был прост до безобразия. Почти триста рыл военных, их которых только две сотни боеспособны, остальные – ветераны. Двести – это группа быстрого реагирования, ну, с учётом местных реалий. Сотня старых воинов – это тактическое прикрытие, охрана гарнизона на момент передислоцирования основных сил.
Основная функция этого гарнизона, да и всех подобных в общем – это усиление баронов при набегах, патруль ближайших окрестностей, войсковая разведка на территории противника, защита порубежья при налётах.
Пьянства и откровенного разгильдяйства в форту нет по определению, и дело вовсе не в уставе войск или особой суровости командиров, а просто из-за того, что все жить хотят. Несколько укреплений только за последние пять лет орки вырезали из-за того, что кто-то спал на посту.
Вот так всегда на практике: рядовой линейной части, как правило, круче гвардейца в элитной части. Может, в поединке один на один гвардеец и сделает влёгкую рядового линейщика, но воют же не в одиночку, а подразделениями. Тактическая слаженность войск зачастую важнее личных качеств бойцов. Не зря Наполеон говорил: «Один мамелюк может убить десять французов, но сто французов убьют тысячу мамелюков, потому что французы – солдаты».
Каждое утро, как только рассветало, под стук барабанов форт поднимался на дыбы. Пробежка, физуха, брусья, следом – завтрак и час отдыха. Потом – спарринги, стрельба из луков для лучников и строевая для остальных. Строевая подготовка – это не в смысле ногу тянуть, кому нужна тут в глуши такая ерунда, а тренировочный бой сотня на сотню в строю. Понятно дело, что не на боевом оружии, но травм и на тренировках хватало – от банальных синяков до переломов. С увечьями боролись штатный маг и его ученик: лечили в меру своих сил. Слабенькая магия использовалась также для связи и обороны гарнизона.
Я, понятное дело, мага опасался. Странная они публика, как бы чего лишнего про меня не подумал. Впрочем, местный чудотворец оказался не таким уж и плохим парнем. Торд, так его звали, был совсем не старый, где-то чуть за сорок. Он закрывал глаза на трофейные артефакты орков, что тут были у каждого третьего, как, впрочем, и на орочью мазь. Типа сами себя травите и душу свою калечите, но это ваше дело, мне же меньше работы по вашему лечению.
В общем, оказался военной косточкой, далёкой от политики его магического братства. Его первоочередной задачей было сделать всё возможное для выживания форта, а если ещё глубже смотреть, то и всё возможное для его личного выживания. Много ли сможет сделать одиночка, каким бы он ни был крутым, при массовом прорыве противника? Впрочем, другой психологии на границе и быть не может. Тех, кто лезет, куда их не просят, в овраге волки доедают.
Вот так примерно обстоят дела в форту Куэн. Обычная занюханная часть с солдафонами. Тем, кто идет в армию с затаённой надеждой совершить подвиг, быт в такой части как ножом по сердцу… Как говорится: «Чем больше в армии дубов, тем крепче наша оборона».
