— Для этого у меня есть домработница, — качнул он головой. — Я просто хочу, чтобы мы просыпались вместе, пили кофе и завтракали, обсуждая новый рабочий день. А после разъезжались по делам, чтобы вечером вновь встретиться всей семьёй…
— Всей семьёй, — повторила Алиса. Да, надо было сказать прямо сейчас, пока выдался удобный момент. — Кость, слушай, я ведь не говорила тебе ничего о дочке, и…
— Подожди. — Он сел. — Ты согласна? — И, дождавшись, пока Алиса медленно кивнёт, поднялся с кровати. — Тогда я принесу вина, и мы это отпразднуем! А потом расскажешь о дочке, давно пора с ней познакомиться.
Не дожидаясь её ответа, Костя быстро вышел из комнаты и направился к кухне, присел и открыл винный шкаф, пытаясь найти подходящую случаю бутылку. В этот момент входная дверь тихо открылась, и Наташа на носочках прошла в зал, надеясь, что мама либо уже спит, либо её вообще нет дома. Она оставалась ночевать у Светки, но к той среди ночи приехал парень, и пришлось спешно собираться и идти домой. Если бы мама узнала, что Наташа так поздно ходит по улице, скандала точно было бы не избежать. Но сегодня судьба от неё всё же отвернулась: за барной стойкой медленно выпрямилась обнажённая мужская фигура с бутылкой вина и двумя бокалами в руках.
— З-здрасьти, — опешив от неожиданности, промямлила Наташа. Вот уж не повезло — так не повезло — мало того, что мама дома и точно не спит, так ещё и на её любовника нарваться удалось.
— Привет. — Костя, внутренне порадовавшись, что нижнюю часть его тела скрывает стойка, улыбнулся как можно дружелюбнее. — А не поздно ты домой возвращаешься?
Внутри Наташи вскипело справедливое негодование: кто он такой, чтобы указывать?
— Мне, вообще-то, почти пятнадцать, имею право!
— Сколько? — Костя нахмурился, разглядывая девушку внимательнее. Тело обдало ледяной волной понимания, он медленно обернулся к Алисе, которая, успев накинуть шёлковый халат, замерла в дверях спальни. — Может, объяснишь?
Алиса глубоко вздохнула и обвела обоих взглядом. Потом зашла в спальню и вернулась с простынёй, протягивая её Косте.
— Наташа, познакомься, это твой отец. Костя — это твоя дочь, Наташа.
Спешно обмотавшись простынкой, Костя сразу почувствовал себя уверенней. Вновь внимательно посмотрев на девушку, замершую, будто напуганный зверёк, перед ним, он кивнул своим мыслям и стремительно пересёк гостиную, скрываясь в спальне. Алиса проводила его напряжённым взглядом, и только когда закрылась дверь, крепче стянула полы халата на груди и подошла к барной стойке, разливая вино, которое достал Костя, по бокалам. Наполнив оба, залпом осушила свой и потянулась ко второму, делая небольшой глоток.
— Неожиданно, правда? — сухо усмехнулась, неопределённо повела плечом, качнула головой в сторону дивана. — Чай, кофе? Может, вина с водой?
— Ничего. — Наташа с момента признания мамы молчала, не двигалась, не дышала даже, как ей показалось. Она медленно, как сомнамбула, подошла к дивану, забралась на него с ногами, обхватила колени и уткнулась в них подбородком. Вся её жизнь, как ей казалось, сейчас трещала по швам, и собрать всё как прежде уже не представлялось возможным. Ей хотелось прямо сейчас одновременно скинуться с балкона и бежать прямо в ночь, куда глаза глядят. Вот он, её папа, тот, о ком она думала годами, представляя, почему он их бросил. Вот мама, что сразу чётко обозначила: родному папе мы были не нужны. Вот злость, что была в ней, кажется, с рождения. А вот чувство странное, неосознанное, но бьющее наотмашь — сознание, что её папа жив, здоров, неплохо выглядит, много зарабатывает… Он не спившийся бомж, не тот, кого можно стыдиться. Он — перспективный бизнесмен (а Наташа успела выяснить биографию Жарова, когда узнала, что мама может с ним встречаться), он амбициозный, интересный и одинокий. Тут было о чём подумать, но сейчас Наташа с удивлением думала, что не чувствует по отношению к вероятному папе ненависти.
Костя вернулся через несколько минут, полностью одетый: рваные джинсы, футболка, даже носки. В груди Алисы тоскливо заныло: он словно собрался вот-вот уходить, уже вынеся свой приговор. Но Костя принял бокал из её рук, даже кивнул и улыбнулся, только улыбка совершенно не нашла отражения в синих глазах. Алиса, нервно улыбнувшись в ответ, собралась было сесть между ними на диван, потом, передумав, встала и вернулась за стойку, вновь наполнив свой бокал. И только после глотка вина глубоко вздохнула и безмятежно посмотрела на две пары совершенно одинаковых глаз.
— Что вы хотите знать? — спросила безмятежно, хотя сердце колотилось, казалось, в горле, а в пальцы слегка подрагивали от притока адреналина.
— Почему ты не сказала мне? — задал Костя вопрос, ответ на который Алиса проговаривала годами. Его голос, обманчиво мягкий, прошёлся по натянутым нервам, заставляя выпрямить спину.
— А зачем? — Алиса небрежно пожала плечами. — Ты исчез, я не знала даже, куда тебе писать.
— Ты могла прийти к моей маме. — Костя нахмурился, подался вперёд, облокачиваясь о колени. — У неё был мой адрес.
