Липовый цвет полностью

Виталина приподняла руку, и ее пальцы нерешительно замерли возле моего лица. Тогда я помог ей: положил ее ладонь на свою щеку, прижав сверху своей рукой. Она расслабилась и выдохнула. Годами жившее в ней напряжение растворялось, злость и раздражение менялись на доверие. Она опустила глаза на мои губы. Внутри меня сразу разлился жар предвкушения. Но я больше не предпринимал попыток поцеловать ее. Если захочет, пусть сама сделает это.

Некоторое время она изучала мое лицо: как светлая челка слегка колышется от ветра, как на голубой радужке глаз вспыхивают золотые блики от солнца, как кожа на скулах за лето приобрела легкий бронзовый оттенок. И потом все же решилась. Склонилась к моему лицу и подарила мне короткий, целомудренный поцелуй, полный нежности. После такого прикосновения я уже не мог ее отпустить. Когда она хотела отпрянуть, я потянулся вслед за ней и теперь сам поймал ее мягкие губы со вкусом яблочного джема, который она варила на своей милой кухне. Положил ей руки на талию и притянул к себе. Этот неспешный, долгий поцелуй вызвал во мне фейерверк эмоций, которых раньше я не испытывал. Неужели именно так чувствуется любовь? Если да, то это что-то потрясающее, невыразимое словами! В этот момент я был абсолютно счастлив оттого, что мои чувства взаимны. И в происходящее невозможно было поверить!

– Я словно сплю… – разорвав ненадолго поцелуй и глядя на Виту, сказал сквозь сбивчивое дыхание. Она смущенно улыбалась. Я снова потянулся к ней, но рыжая вдруг рассыпалась в моих руках на золотые искры, ослепив меня и оставив на поляне одного.

Я проснулся оттого, что яркие лучи утреннего солнца щекотали мне ресницы. Первое время не понимал, почему я в домике для паломников, а не под деревом липы. Но постепенно пришло осознание, что это был сон. Мое тело все так же не двигалось, как и вчера. Жестокая реальность снова обрушилась на меня. Пришлось сжать зубы, чтобы не заорать от бессилия!

Сон был очень правдоподобным. Я будто до сих пор чувствовал вкус поцелуя Виты и аромат ее волос. Как же хотелось вернуться в тот зыбкий, призрачный мир, полный любви, где можно дотронуться до своего счастья кончиками пальцев!

– Приснится же такое… – прошептал я и взглянул на Владимира.

Он еще спал. Вчера мы довольно поздно вернулись из города.

На столе лежала фарфоровая палитра и краски. Владимир их купил для Ольги, пока мы с Витой пили кофе. Неужели его девчонка будет довольна таким скромным подарком?

Не стал его будить. Просто смотрел в одну точку на потолке и думал, что стоило только решить не видеться с рыжей, как она тут же пришла ко мне во сне. Она, и в правду, безумно мне нравилась. Вчера по пути домой я как мог отгонял эти мысли, потому что не судьба нам быть вместе. Она такая красивая, умная. Вита никогда не полюбит кого-то, вроде меня.

Я вздохнул, закрыл глаза и глубоко задумался, перебирая в памяти обрывки сна. По моим щекам снова скользили мягкие ладони, а на губах был вкус яблочного джема. Незаметно для себя я снова провалился в сон. Вернулся в реальность, только когда Владимир осторожно трепал меня за волосы.

– Матве-ей, просыпайся, на службу опоздаем.

Послушник уже был в подряснике, причесанный и умытый. Умел же он тихо проснуться, одеться и ходить по комнате бесшумно, как большой кот на мягких лапах, позволяя мне поспать подольше.