[ЛЮБОВНИК. Господа, дело можно поправить. Сплотимся вокруг Юноны Антоновны и встретим Грааль-Гаремную демонстративно холодно.
ВСЕ. Правильно. Правильно.
Окружают ЮНОНУ, комик берет гитару и напевает. Входит САТУРН под руку с ГРААЛЬ, садятся за отдельный
столик.
ГРААЛЬ. Однако почему мы сидим одни? Кажется, нас бойкотируют.
САТУРН. Нас? Бойкотируют? (Громко, любовнику.) Валентин Степаныч!
ЛЮБОВНИК (с места). Что?
САТУРН. Рисунок для новой роли у вас намечается. ЛЮБОВНИК (оборачивается, внимательно). Для какой роли, Сатурн Иванович?
САТУРН. Вот чудак. Кто же, как не вы, в новой пьесе играет главную роль.
ЛЮБОВНИК. Я? Главную роль?
Подходит.
ГРААЛЬ. Садитесь сюда. Хотите чаю?..
Любовник целует руку ГРААЛЬ, садится.
ТРАГИК. Негодяй.
САТУРН {Трагику). Терентий Лукич.
ТРАГИК (неохотно, свысока). Слушаю.
САТУРН. Хочу вас к постановке привлечь.
ТРАГИК подходит.
ТРАГИК (подходя). Ну что же... я всегда...
Целует ручку ГРААЛЬ.
СТАРАЯ АКТРИСА. Как это подло.
САТУРН манит пальцем старую актрису. Та подбегает.
САТУРН. Садись. Тетку дублировать будешь. СТАРАЯ АКТРИСА. Зинаида Львовна... Сатурн Иванович...
КОМИК. Ах, мерзавцы, мерзавцы...
ЮНОНА. Вы — один истинный друг.
КОМИК. Верно, мамочка, верно, только и мне пора...
Рысцой бежит к столику ГРААЛЬ.
Зинаида Львовна. Зиночка... Целует руку. Граальчик... Гаремчик... Ведь я вас вот какой знал, на руках носил... Господи... В доме у вас бывал... Лестница в таких коврах, что с самого верха идешь, и не больно... Батюшка ваш выйдет, бывало, генерал... Весь дом — на широкую барскую ногу... Шампанское рекой...
ГРААЛЬ. Вы что-то путаете. Мой отец — пролетарий.
КОМИК. Я так и говорю: папенька ваш, бывало, слесарь, выбежит на босую пролетарскую ногу... Самогонка рекой...
ЮНОНА. Терентий Лукич... Валентин Степанович.
ЛЮБОВНИК. Виноват, я занят.]
Актеры и актрисы окружают ГРААЛЬ и САТУРНА.
СТАРАЯ АКТРИСА (целуя Грааль). Подумать только: Юнона Антоновна вашу роль играть хотела.
ГРААЛЬ. Не знаю, что нашли в этой роли. Я даже пьесы еще не читала.
САТУРН. Роль замечательная, а если у актрисы красивые ноги, прямо клад. Ноги в этой пьесе — главное действующее лицо.
Входит МИТЯ.
Вот и автор. Вы не знакомы? Автор «Нашего горя».
ГРААЛЬ (здороваясь). Грааль-Гаремная.
САТУРН. Ну, как? Переделали?
МИТЯ. Готово.
САТУРН (беря у Мити рукопись). Вот, Зиночка... [роль завтра же для тебя будет переписана.] Какая роль... Изящество, гибкость, нравственное падение, фокстрот...
ГРААЛЬ. Я хочу сейчас посмотреть.
САТУРН. Постой, я сам прочту одно место... Вот, начало второго акта, прямо для тебя... (Развертывает рукопись, читает.) М... м... м... «Осенний вечер. У освещенного подъезда ресторана стоит племянница с лотком в руках...» Странно. «Она изнурена, плохо одета и часто переступает озябшими ногами в валенках»... Что за черт. {Мите.) Может быть, это у вас тетка зябнет?
МИТЯ. Нет, это племянница.
САТУРН. Как, племянница?
ГРААЛЬ. Покажите мне.
Выхватывает рукопись, отгибает первую страницу.
Действующие лица: Анна Петровна Зарудная, женщина сорока пяти лет. Ксения Дмитриевна, ее племянница, молода, но выглядит старше своих лет, бедно одета и на протяжении всей пьесы в валенках... (Тихо.) Это я? (Молчание.) Я вас спрашиваю: в валенках, старше своих лет — это я?
САТУРН. Да как же вы смели племянницу в валенки втиснуть?
МИТЯ. Она сама просила.
ГРААЛЬ. Я? Просила?
МИТЯ (указывая на Юнону). Нет, жена директора. Я для нее писал.
ГРААЛЬ. Я жена директора, я. А если вы писали для этой особы — ваша бездарная пьеса не пойдет. Вот. Вот. Вот.
Рвет рукопись и бросает.
МИТЯ. Единственный экземпляр.
ЮНОНА. Ха-ха-ха... Конечно, автор писал для настоящей актрисы, а не для какой-нибудь Гаремной.
ГРААЛЬ. Понимаю, здесь интрига, меня затравили.
САТУРН. Граальчик...
ГРААЛЬ. Вы обманули меня. Вы хотите, чтобы я на сцене танцевала в валенках.
САТУРН. Я сам эти валенки впервые вижу.
ГРААЛЬ (срывая туфлю и бросая ею в Сатурна). Я валенок не надену.
ЮНОНА (уходя). Сатурн, вспомни, я тебя при посторонних никогда не била.
ГРААЛЬ. Оставьте меня.
Падает на кушетку и закрывает лицо.
САТУРН. Зиночка, мы все исправим.
ГРААЛЬ. Уходите, все уходите.
САТУРН, АКТЕРЫ и АКТРИСЫ уходят.
МИТЯ (рассматриваярукопись). Сцену в кафе разорвали, монолог тетки сладким чаем облили, а на идеологический момент кто-то ногой наступил.
Подходит к ГРААЛЬ.
Послушайте... Неужели из-за каких-то валеных сапог вы меня погубить хотите?
ГРААЛЬ. Уходите.
МИТЯ (становясь на колени). Мне идти некуда.
Из-за кулис выглядывает САША.
САША. И это ревнивый муж...
Пять—пятнадцать—шестьдесят. Любочка? Что поделываете? Дожидаетесь супруга? Не дождетесь. Он в театре заболел. Чем? У него с сердцем нехорошо.
МИТЯ кладет голову на кушетку.
Он даже голову не может приподнять. Приезжайте скорей.
Вешает трубку, уходит.
ГРААЛ Ь. Вы еще не ушли?
МИТЯ. Нет, не ушел.
ГРААЛЬ. Я в вашей пьесе все равно играть не буду.
