Глубокая мысль не может быть пространной. Острое переживание не может длиться долго. Поэтому стихи Э.Д. коротки.
31.01.1986. Америка была открыта не сразу. В первое свое плавание Колумб открыл только Багамские острова. Так с поэзией Э.Д. Существующие переводы — всего лишь острова, материк еще предстоит открыть.
12.02.1986. Очевидно, что переводить поэта должен поэт. Но должен ли поэт изучить язык египетских иероглифов, прежде чем взяться за перевод образцов поэзии Древнего Египта? Или ему можно переводить с подстрочника, как это делала Ахматова? А может, нам нужно довольствоваться филологическими переводами специалистов-египтологов или терпеливо ждать, когда в их редких рядах случайно окажется поэт?
Не перевод с подстрочников — главное зло, а переводы стихов, не заслуживающих права на внимание читающей публики. Прежде чем переводить, нужно определить, имеют ли стихи право на перевод.
6.03.1986. В количественном отношении с переводами Э.Д. в нашей стране дело обстоит, можно сказать, благополучно — переведено больше 200 стихотворений, вышедших отдельным изданием и включавшихся в антологии. Пришла пора «бороться за качество». Это в духе времени, как я понимаю.
8.03.1986. При переводе стихов главное — передать дух поэзии и ее музыку, а букву — по возможности.
10.03.1986. Есть хорошая поэзия, которая так же относится к вершинам поэзии, как реки, текущие с ледников, относятся к горным вершинам. Но есть ведь и вершины, питающие своими льдами эти реки! Поэзия Э.Д. - одна из таких вершин.
18.03.1986. Перевод — не цель, а средство для воспроизведения в читателе перевода тех же чувств и мыслей, которые испытывает читатель оригинала (переводчик). Пожалуй, это основополагающий принцип стихотворного перевода.
21.03.1986. Э.Д. могла писать совершенно классические по форме стихи с соблюдением всех норм стихосложения — и очень благозвучные (24, например). Но большинство ее стихотворений написаны порывисто, эскизно и похожи на карандашные наброски гениального художника. На таком рисунке может не быть глаза у человека, но он угадывается, и изображенный человек все равно живет.
31.03.1986. Для Э.Д. все было чудом: цветок, пчела, дерево, вода в колодце, голубое небо. Когда природу ощущаешь как чудо, не верить в Бога невозможно. Она верила не в того Бога, которого ей навязывали с детства родители, школа, церковь, а в Того, которого ощущала в себе. Она верила в своего Бога. И Бог этот был настолько свой, что она могла играть с ним. Она жалела Его и объясняла Его ревность: «Предпочитаем мы играть друг с другом, а не с ним». Бог одинок, как и она. Это не редкость, когда два одиноких существа сближаются — им не нужно затрачивать много душевных усилий, чтобы понять друг друга. К тому же Бог был удобным партнером для Э.Д., поскольку не имел физической субстанции. Ведь и тех немногих своих друзей, которых она любила, она любила на расстоянии и не столько во времени, сколько в вечности (после их смерти). С какого-то момента идеальное бытие человека она стала предпочитать реальному.
1.04.1986. «Человек умирает только раз в жизни и потому, не имея опыта, умирает неудачно. Человек не умеет умирать, и смерть его происходит ощупью, в потемках. Но смерть, как и всякая деятельность, требует навыка. Чтобы умереть вполне благополучно, надо знать, как умирать, надо приобрести навык умирания, надо выучиться смерти. А для этого необходимо умирать еще при жизни, под руководством людей опытных, уже умиравших. Этот-то опыт смерти и дается подвижничеством. В древности училищем смерти были мистерии» (Флоренский П. «Не восхищением неищева». Сергиев Посад, 1915. С. 32). Это место из П. Флоренского проливает некоторый свет на стихи Э.Д. о смерти, свидетельствующие о том, что она неоднократно «умирала» еще при жизни («Кончалась дважды жизнь моя…»), примеривала жизнь на себя («Жужжала муха в тишине — когда я умирала…»). Ее удаление от мира, добровольное затворничество было своего рода подвижничеством, сходным с монашеской схимой.
2.04.1986. Перевод стихов должен быть поэтическим творчеством, а не решением трудных переводческих задач. Без любви (а творчество — это любовь) нельзя сделать ничего хорошего.
9.04.1986. Слабые строки Э.Д. так же трудно передать в переводе, как и гениальные. Перевод сглаживает эти контрасты, усредняет, что ли, текст ее стихов, выравнивает. Вероятно, то же самое происходит с Хлебниковым, когда его переводят на другие языки.
11.04.1986. Стихотворение «Я знаю — Небо, как шатер…» (38/243) будто иллюстрирует современную космологическую теорию о пульсирующей Вселенной — расширяющейся и сжимающейся (коллапсирующей). Когда начнется коллапс, тогда «Небо» свернется подобно цирковому шатру.
