– Нет, все хорошо, – ответил Брэй, – спасибо! Думаю, мне нужно будет с ним поговорить. Организовать поминальную службу, – его голос надломился, он провел рукой по лицу.
– Я уже с ним обсудила, – сказала Лори, обернувшись и положив руку ему на колено, – он может провести службу завтра в десять. Правда, это слишком скоро, но он подумал, так лучше для тебя и для Куртиса. Но если ты хочешь…
– Нет, – быстро откликнулся Брэй, – я предпочту все сделать как можно быстрее. – Он со стоном отвернулся.
У Скотта сложилось впечатление, будто мальчик корит себя за то, что хочет похоронить мать так быстро.
– Конечно, я понимаю, – мягко поддержала Лори, очевидно, осознав вину Брэя. – Пастор Стивенс сказал, что обзвонит ее друзей по церкви и попросит Джонсонов сообщить об этом в доме. Других родственников ты не знаешь? Пастор больше никого не знает.
– Кроме бабушки, больше никого нет. По крайней мере, насколько мне известно.
– Хорошо, мы все устроим, позже позвоним пастору, чтобы уточнить детали, если хочешь: музыка, проповедь и прочее. Или я могу это сделать сама.
– Пожалуйста, – тихо попросил Брэй.
– Спасибо, Лори! – сказал Скотт. Положив руку ей на колено, он попытался подумать, чем помочь. Жена накрыла его руку своей. Она обо всем позаботилась, пока он потерянно плелся следом.
– Конечно, ты можешь остаться у нас на выходные, – продолжил Скотт, обращаясь к Брэю, – в воскресенье я отвезу тебя в студенческий городок.
Брэй откашлялся:
– Я надеялся остаться только в воскресенье, если вы разрешите. Мне нужно быть в Детройте в понедельник и присутствовать на слушании.
– Что? – воскликнул Скотт. – Почему? Зачем прекращать наше право на временную опеку, если нет никого, кому это право можно передать?
В этот момент он понял, что не следовало произносить это вслух, не обсудив с женой, она сразу же выдернула свою руку из его ладони. Он попытался встретиться с ней взглядом, но она отвернулась и уставилась в окно, ее плечи выдавали напряжение.
– Я говорил об этом с Дженис, – пояснил Брэй. – Учитывая обстоятельства, я мог его отложить. Но считаю, для Куртиса лучше, если он как можно скорее узнает о своем будущем. Поэтому я сказал, что не хочу откладывать суд. Сообщить судье мое решение, выполнить все формальности, и пусть определится его судьба.
– Какое решение? – спросил Скотт.
– Она сказала, что выбор у меня небольшой: или стать опекуном самому, или отдать в детский приют.
– Что? – вскричал Скотт. – Она предложила студенту быть опекуном восьмилетнего ребенка? – Он просто не мог поверить услышанному. – Она предложила такой вариант? А где, по ее мнению, он должен спать? На полу в твоем общежитии? А уроки делать в шкафу, пока ты занимаешься своими заданиями? И спать в автобусе по пути на твои матчи? – Произнося это, он все бил и бил по рулю, чувствуя, как жар поднимается из груди и ползет к шее. Ему не нужно было смотреть в зеркало, он знал, как вздулись вены на шее.
Лори заговорила, не отрывая взгляда от окна:
– Успокойся, Брэй не делает никаких предположений, он просто рассказал, что сообщила Дженис.
– Прости, – сказал Скотт и виновато посмотрел на нее. Но взгляд Лори был прикован к виду за окном. Он так же виновато посмотрел на Брэя через зеркало.
– Да ладно, все в порядке, – тот отмел извинения Скотта взмахом гигантской руки, – сначала я сам был в шоке. Но я думал об этом все утро! И посоветовался с друзьями. В сущности, это имеет смысл, если вдуматься. Я его единственная семья. Я должен быть опекуном. И чего ждать? У вас скоро будет собственная семья. Я не могу оставить его с вами…
– Значит, ты все вот так бросишь? – Скотт щелкнул пальцами. – Откажешься от диплома? От будущего?
Он уставился на жену, желая, чтобы она объяснила Брэю, что он не прав и что они будут воспитывать Куртиса, прежде чем Брэй укрепится в своем решении. На этот раз она встретилась с ним взглядом и прошипела:
– Скотт! Позволь! Ему! Закончить!
Учитель глубоко вздохнул и сказал:
– Извини, Брэй, я… Продолжай.
Лори смерила его еще одним взглядом, прежде чем отвернуться.
Брэй снова махнул рукой:
– Да, все нормально! Хотя на самом деле не очень. Все так ужасно! Но я не хочу откладывать и заставлять его ждать. Ему нужен ответ, он его заслуживает. – Брэй глубоко вдохнул, потом медленно выдохнул и увидел взгляд Скотта, направленный на него через зеркало. – И вот мой ответ – я стану его опекуном. Я брошу университет, перееду домой. У мамы осталось немного денег – страховка с какой-то прошлой работы. Дженис сказала. Этого немного, но хватит, пока я не найду работу.
Жестом он остановил Скотта, который уже ерзал, сгорая от нетерпения возразить.
– Я знаю, о чем вы думаете и что собираетесь сказать. Да, я об этом думал. И да, мне будет тяжело расставаться с учебой, университетом, баскетболом, со всем. – Он взлянул в окно и покачал головой, будто прощался со своей будущей карьерой, понимая, что пришел конец всем мечтам.
Потом повернулся к Скотту и добавил:
