Действительно ли Гарри пойдет на пользу, если он подаст заявление на стипендию в школу Святого Беды?
Мэйзи не знала, с кем посоветоваться. Стэн наверняка будет против и вряд ли хотя бы задумается над мнением другой стороны. Мисс Тилли – слишком близкая подруга мисс Манди, чтобы судить непредвзято, а преподобный Уоттс уже предложил ей обратиться за наставлением к Господу, каковой метод в прошлом не показал себя особенно действенным. Мистер Фробишер производил впечатление весьма приятного человека, но ясно дал понять, что только она может принять окончательное решение. И у нее не было ни малейших сомнений насчет позиции мистера Холкомба.
Она и не вспоминала о мистере Фрэмптоне, пока не закончила обслуживать последнего посетителя. Затем сменила фартук на старое пальто.
Мисс Тилли наблюдала в окно, как Мэйзи удаляется в направлении отеля «Рояль». Она ощущала легкое беспокойство, но не понимала почему.
Мэйзи никогда не бывала в «Рояле», но знала, что тот считался одним из лучших отелей в юго-западной части Англии, и возможность увидеть его изнутри стала одной из причин, по которой она согласилась встретиться с мистером Фрэмптоном.
Она остановилась на тротуаре напротив, глядя, как постояльцы проходят через вращающиеся двери. Раньше ей ничего подобного видеть не приходилось, а потому она перешла дорогу и направилась внутрь лишь после того, как разобралась в принципе их действия. Она толкнула створку излишне ретиво, и ее выбросило в фойе быстрее, чем она того ожидала.
Мэйзи огляделась и обнаружила мистера Фрэмптона, сидевшего в одиночестве в тихом уголке зала. Она направилась к нему. Он немедленно встал, пожал ей руку и подождал, когда она займет место напротив.
– Могу я заказать вам кофе, миссис Клифтон? – предложил он и, прежде чем она успела ответить, добавил: – Должен вас предупредить, здесь он не настолько хорош, как у Тилли.
– Нет, спасибо, мистер Фрэмптон, – отказалась Мэйзи, которую интересовало только одно: зачем он хотел с ней встретиться.
Мистер Фрэмптон чуть помешкал, зажигая сигарету, затем глубоко затянулся.
– Миссис Клифтон, – начал он, отложив сигарету на край пепельницы, – вы не могли не заметить, что в последнее время я стал постоянным клиентом «У Тилли».
Она кивнула.
– Должен признаться, что единственной причиной, по которой я посещал кафе, были вы.
Мэйзи собралась воспользоваться заготовленной фразой «для поклонников», как только он закончит говорить.
– За все те годы, что я занимаюсь гостиничным делом, – продолжал мистер Фрэмптон, – я не встречал никого, кто выполнял бы свою работу эффективнее, чем вы. Хорошо бы такими же быть здешним официанткам.
– Меня неплохо учили, – заметила Мэйзи.
– Как и остальных четверых, но ни одна из них не обладает вашим талантом.
– Я польщена, мистер Фрэмптон. Но зачем вы говорите…
– Я главный управляющий этого отеля, – пояснил он, – и хочу, чтобы вы приняли на себя заведование нашим кафе, известным как «Пальмовый дворик». Как видите, – добавил он, обводя зал рукой, – у нас около сотни мест, но занято обычно меньше трети. Нельзя сказать, чтобы вложения компании окупались. Вне всякого сомнения, это изменится, если за дело возьметесь вы. И я полагаю, что способен позаботиться о том, чтобы вы не остались в убытке.
Мэйзи не стала его прерывать.
– Не вижу причин, чтобы ваш график заметно отличался от нынешнего. Я готов платить вам пять фунтов в неделю, и половина всех чаевых, полученных официантками в «Пальмовом дворике», будет отходить вам. Если вам удастся привлечь к нам постоянных клиентов, это может оказаться весьма прибыльным. А затем я…
– Но я никак не могу оставить мисс Тилли, – все же перебила его Мэйзи. – В последние шесть лет она была так добра ко мне.
– Я прекрасно понимаю ваши чувства, миссис Клифтон. Более того, я был бы разочарован, не окажись ваш немедленный ответ именно таким. Верность – черта, которой я искренне восхищаюсь. Однако вам следует думать не только о собственном благополучии, но и о будущем вашего сына, если он примет предложенную ему стипендию хориста в школе Святого Беды.
Мэйзи лишилась дара речи.
