– Так, пойдем-ка со мной. – Тетя Света взяла меня за руку.
– Может, мне с вами? – тихо спросила у тети Светы Валентина Павловна. – Это уже ни в какие ворота – не первый же случай. Она опять за свое. Ну как так можно?
Валентина Павловна шептала тете Свете на ухо, но я все слышала.
– Не надо, сама разберусь. Не вмешивайся. У меня с ней старые счеты, ты знаешь, – ответила тетя Света.
Повариха крепко держала меня за руку, и я готова была с ней идти куда угодно. Мне стало спокойно – сейчас тетя Света меня защитит, и никто не скажет, что я вру, и не накажет.
То ли судьба в тот день решила встать на мою сторону, то ли Елена Ивановна действительно заслужила наказание, но в тот момент, когда тетя Света вошла со мной в группу, воспитательница как раз перекладывала печенье из тарелки в кулек. Рядом стояла ее персональная кастрюля, на добрую половину заполненная фрикадельками, которые нам давали на ужин.
Увидев тетю Свету, Елена Ивановна замерла.
– Ты чего здесь забыла? – спросила она, но я видела, что воспитательница нервничает.
– Да вот спросить хотела, а ты ничего, точнее, никого не забыла? – ухмыльнулась тетя Света. – Ребенка, случайно, не теряла?
– Не теряла! Тебе-то какое дело? – рявкнула Елена Ивановна.
– Да никакого. Только захожу я на пятидневку, а там твоя сидит. А тебе и дела нет. Интересно, когда бы ты ее хватилась?
– Она вечно шляется где ни попадя. Дворняжка и побирушка. В сторожку повадилась таскаться. Пусть ее мать за ней следит. Сейчас по сараям шатается, а потом на панель пойдет. Мне-то какое дело?
Я замерла. Но плакать уже не хотелось. Мне захотелось умереть на месте. И больше не жить, никогда. Мой план провалился. Елена Ивановна не собиралась меня искать, а значит, маме никто бы не сообщил о моей пропаже и уж тем более не вызвал бы милицию.
Тетя Света отпустила мою руку и пошла в сторону кладовки.
– Ты куда это собралась? – побежала следом воспитательница. – Да какое ты право имеешь? Твое место на кухне! Пошла вон из моей группы!
Елена Ивановна попыталась схватить повариху за руку, чтобы остановить, но та легко отмахнулась и рванула дверь кладовки.
– Прекрасно, – улыбнулась тетя Света, – я так и думала!
Я не знала, что такого прекрасного заметила тетя Света в кладовке, потому что боялась пошевелиться.
Но тут в группу ворвалась запыхавшаяся Валентина Павловна.
– Я на пять минут. Убедиться, что все хорошо. Может, маме Ритиной позвонить?
– Валь, иди за заведующей. Приведи ее сюда. Скажи, срочно, – велела ей тетя Света.
– Да, сейчас, конечно. – Валентина Павловна убежала.
– Ну а ты? Небось свой кусок тоже получала? – Тетя Света накинулась на нянечку тетю Катю.
– А я что? Мне-то что? Я ж вообще на полставки. Какое мне дело? Я швабру с ведром поставила и вышла. Вообще без очков ничего не вижу, – начала оправдываться нянечка.
Валентина Павловна привела заведующую.
– Ну вот, полюбуйтесь, – сказала ей тетя Света, приглашая пройти в кладовку.
Заведующая долго не выходила оттуда.
Поскольку дети от природы любопытны, я тоже подошла и заглянула в кладовку. Там на полках рядами стояли упаковки с печеньем. Яблоки в газетных кульках. В коробках лежали конфеты. Да там продуктов на целый магазин набралось бы. Баранки, мандарины… Чего там только не было!
– Лена, это что? – строго спросила заведующая.
– Это я не себе! Это все для внука! – закричала Елена Ивановна. – Все берут, что, мне нельзя?
– У тебя нет внука, – тихо сказала тетя Света.
– Есть! – продолжала кричать Елена Ивановна. – Это все для него. Хотела сыну привезти, чтобы помириться. Он бы меня простил! За продукты!
– А это? – Заведующая показала пальцем на отдельную полку, на которой лежали стопки фломастеров, цветной бумаги, карандаши, клей. – Тоже для внука?
– Да им же все равно! Наглые, мерзкие, неблагодарные! – Елена Ивановна чуть слюной не брызгала. – Все им на блюдечке, зажрались. Ссыкуха еще, а у нее уже такие колготки, что мне не снились! Не обеднеют, если я у них заберу пачку карандашей. Да и не заметят! Еще принесут. Им не надо, а мне надо!
– Сучка, – сказала тетя Света тихо. – Жизнь тебя ничему и не учит. Ведь предупреждала: хоть кусок хлеба сп…шь – урою.
– Ну да, ты-то у нас святая! У тебя ничего нет! Ни мужа, ни детей! Тоже мне, великая повариха. Алкоголичка!
– Дрянь ты, Ленка, – сказала тетя Света. – Даже жалко тебя. Мелкая ты и злобная. Нет у тебя ни сына, ни внука. На твоей совести смерть мальчика. Так что жить тебе с этим долго. Тебя сын на пушечный выстрел к своему ребенку не подпустит. Ты же знаешь. И цветная бумага не поможет.
– Жалоб от родителей не поступало! Ни одной! – вопила Елена Ивановна.
– Хватит, – строго сказала заведующая. – Лена, я тебя предупреждала, когда нанимала на работу. Так что пиши заявление, или я тебя по статье уволю.
– Не уволишь! У тебя проверка на носу! Увидят недостачу, и кто первый полетит? Руководство недосмотрело!
– Досмотрело. И конфисковало. Уйдешь по статье, – сказала заведующая и вышла.
