— Угу, — довольно покивал я. — То есть, спокойно можно будет уехать из Гнисиса. Доработать, конечно, телегу надо.
— И кошек твоих перенести сразу!
— Тут что, борделя нет?
— Да есть, — хмыкнул Анас. — Да и Мехра мне не откажет, такая затейница… кхм. Просто пусть кошки к новому месту привыкают. И тебе с ними отдохнуть не лишнее будет: возиться с повозкой не один день, да ещё и дорога.
— Ну, в целом — логично, — признал я. — То есть, берёмся, награда нас вполне устраивает, даже удачно вышло, скорее всего. Что с квама делать будем?
— Пятёрка скелетов просто удержат бойцов. Фуражиров и рабочих отпугнёшь слабой молнией, — начал перечислять некрохрыч.
— Скелеты откуда?
— Да там шахтёров не меньше полутора десятков полегло, а то и все два десятка, — отмахнулся Анас.
— Так, значит, до матки добираемся, — прикинул я. — Пепельная болезнь квама — чем-то от мерской отличается?
— Я, конечно, не великий специалист. Но красная подагра и золотой лишай — что у меров, что у человеков, что у гуаров, что у грязекрабов… — пожал мертвечина плечами.
— Ну да, значит в принципе — справлюсь. Слушай, Анас, пока не забыл: я пока прорабатывал детали твоей оболочки, вообще-то, продумал иллюзорное сокрытие. Хамелеон. Это не говоря о том, что ты и так полупрозрачен, если не прилагаешь усилий, — ехидно отметил я. — И я тебе, хрычу старому, об этом говорил.
— Придурошный даэдра, чтоб тебя! — надулся некрохрыч. — Да знаю я! Но представь, что у тебя вырос лишний пенис… А, даэдра дери, сразу найдёшь куда приткнуть… Тогда рука. Она есть, шевелится, но…
— Понял, — понял я. — Но ты это, овладевай там как-то…
— Капитан Очевидность! — торжественно простёр в мой адрес зловредный призрачный палец мертвечина.
— Отомстил, скотина дохлая, — признал уязвлённый я.
— Да, — надулся некрохрыч, но тут же сдулся. — Попробую, Рарил. Двемерский город интересен, но без разведки туда соваться не стоит. А на плотного призрака автоматоны среагируют, ряд их воздействий меня сможет развеять.
— Вот и я об том же.
— Капитан Очевидность.
— Как скажете, ваше адмиральство, — поклонился я.
Раскланялись мы с Анасом, хмыкнули, да и завалились в телегу, которую я оглядел практически хозяйским взглядом. Точнее… не нравилась мне идея колёсного средства передвижения, если начистоту. В рамках Вварденфелла в частности и Нирна вообще. Но нутро дома-телеги нравилось. Впрочем — посмотрим.
— Итак, мы подумали, и я решил, — оповестил я пырящуюся на меня из-за стола троицу и выглядывающую из-за двери Минору. — Помогу я вам. Плата меня устроит. Стоит твоя повозка больше, чем я бы взял, — продолжил я, обращаясь к Эрару, взглянувшего на меня, как на святого. — Но даэдра с два ты её реализуешь в Гнисисе. Ну а у меня без дела простаивать не будет, так что можешь порадоваться, — щедро предложил я смотрящему на меня, как на аццкого сотону, купчине. — Ладно, собирайте своё барахло, уважаемые. А ты, гетман, веди к шахте. И про двемерские руины расскажи, — уточнил я, уже выйдя из повозки.
— Аааа… — уставился на меня и Анаса этот Абельмавия.
— Это — тоже я, такой я колдунский, — махнул рукой я.
— Ясно, ваше магичество, — на алом глазу соврал гетман. — А двемерские руины… Так вона оно из-за чего… Молчу, — аж зажал он свою пасть ладонями, смотря на добрых нас вытаращенными глазами. — Так что руины-то? Есть они, подлые. И железки двемерские, значится, посекли Рана, Го…
— Не неси чушь. Вы туда проникали? Что-то про них, кроме хода, знаете? И вообще — кроме бешеной матки, что нехорошее в шахте есть?
— Дык, куда ж мы проникали? Не проникали, железки там. И не знаем, выходит, ничего. Только что есть эти руины. Народ думает пошукать там, раз уж с маткой такое несложение…
— Сам там пошукаю, но несложение поправлю, — на что бригадир с готовностью покивал, полностью «обменом» удовлетворенный.
— А что в шахте дурного… Крысы завелись. Как тряхнуло остров месяца четыре назад, так река на нижних горизонтах разлилась, да тьма больных крыс появилось.
— Пепельный мор?
— Он самый, ваша магичность! Черное сердце, жрецы бают. Слабость от укуса страшная, кости ломит…
— В курсе. И матку они, похоже, заразили.
— Видно, так, ваша магичность. Тьмуща крыс вырвалась, храни нас Альмсиви! Только храмовыми слугами и живы ещё, — закивал он, почти неслышно пробормотав что-то в стиле «видел он жрецов в гробу, у белых тапках».
— Что, обижают? — с ухмылкой спросил я.
— Только их молитвами… — начал было гетман, посмотрел на мою ехидную рожу, махнул рукой и продолжил. — Да как появились крысы — стали нас к алтарю только за пожертвование пускать, — признался он.
— Коммерсанты херовы, — оценил я.
