Я растянулся на стуле и потихоньку потягивал шампанское. Бешенство танцующей публики прошло. Народ разбился на парочки и медленно кружился в наползающем тумане.
Бог Тысячи Дуростей вылез из бассейна, подал руку вконец обкурившейся идее (особенностью ее нового состояния было то, что она не шла, а плыла по воздуху). Вместе они пошли танцевать.
Блуждающие огоньки – саламандры – создавали необходимое освещение, неторопливо плавая в туманной завесе.
621. Серая дымка скрадывала фигуры и лица посетителей ресторана. Возникло странное ощущение – мне казалось, что вокруг полно знакомых лиц. Вон за тем столиком в углу поднимает тост кто-то в черном… Я пригляделся… Карлос Кастанеда слегка повернул ко мне голову и весело подмигнул. В следующее мгновение клубы тумана скрыли весь столик вместе с сидевшей за ним компанией – я лишь успел разглядеть солнцезащитные очки Коровьева…
Среди танцующих мелькнули два знакомых лица. Пришлось напрячь зрение, и прежде чем “окно” в пелене тумана закрылось, я узнал Ричарда Баха и Лесли Парриш.
В числе бегающих официантов я поймал взгляд Дона Шимоды…
Интересно, кто еще из моих знакомых присутствует в этом ресторане?
За соседним столиком кто-то начал делать мне знаки, вероятно подзывая. Слегка шатаясь я подошел и узрел сладкую парочку – Братца Лиса с Мамой Лисой. Я усиленно моргнул, чтобы прогнать морок, но ничего не получилось. Наваждение было вполне материальным и голосом Мамы Лисы поздоровалось со мной. Почетный фанат Кришны – Братец Лис не обременил себя подобной условностью. Он просто промолчал и даже не удосужился снять руку с маминой коленки. Помахав им ручкой, и все той же нетвердой походкой я отошел в сторону танцующих пар.
Кто-то пел очень знакомым голосом. Оказалось, что Сестричка-Лисичка. Помнится во время какой-то бесшабашной пьянки она упрекала меня за то, что я написал в книге, будто предел ее мечтаний – работа историком или музееведом. На самом деле она хочет петь в театре “Ла Скала”. Все это быстро пронеслось в голове, пока я протискивался в первые ряды танцующих посмотреть на поющую сестру.
Но если разобраться, то во время той пьянки делала мне выговор другая Сестричка-Лисичка, не та, которая хочет работать историком. Я точно знаю, что ее существует много, и некоторые Сестрички-Лисички не прочь поработать в музеях. Сейчас передо мной была та, что хочет петь. Завидев мою нетрезвую физиономию, она улыбнулась и помахала рукой.
Рядом с ней бренчал на синтезаторе какой-то парень, а его напарник тренькал на гитаре. Получалась неплохая музыка, вкупе с голосом Сестрички-Лисички – неплохая песня.
В следующий момент мне стало не до размышлений – кто-то сзади умудрился схватить меня за галстук и потянуть в свою сторону…
Фрагмент 254
622. Охотник на Богов шел по улице, подставив голову дождю. В толпе людей, пережидающих стихию под козырьком станции подземки, он поймал чей-то взгляд. Его изучали. Очень внимательно и не слишком навязчиво. Кто-то узнал, кем он является.
Охотник на Богов ускорил шаг – кто-то стал нуждаться в его услугах…
623…Подчиняясь насилию, я повернулся вслед за своим галстуком и увидел.
Его держала высокая брюнетка со смуглой кожей, темно-карими глазами, а также недурственной фигурой. Подруга продолжала тянуть за галстук, приближая тем самым мою голову к своему лицу. Делала она это молча.
Все действие заняло очень мало времени, но я все же успел ее телепатически просканировать – прощупать ментальную сферу. “Прощупывание” не вызвало у меня никаких ощущений. Ментальная сфера у девицы отсутствовала! А это значит, что передо мной была какая-то идея.
Мысли крайне быстро пронеслись в моем сознании, перед тем, как наши губы встретились. Надолго.
– Я не “какая-то” – я стоящая идея! – произнесла девица, стирая помаду с моих губ. Галстук она держала по-прежнему крепко.
– Может ты и стоящая идея, но в данный момент я ценю одиночество, – ответил я и освободил-таки несчастный галстук, который стараниями дамы впился мне в шею. – Понимаешь, крошка, я ничего не имею против тебя, – тот, кто придумал такое существо как ты, просто молодец и талант, но в ипостаси Бога Тумана я одинокая птица. Когда стану кем-нибудь другим – приходи, а сейчас – извини…
– Если бы ты знал, кто меня придумал, Бог Тумана! – загадочно молвила идея, вслед за мной пробираясь к столику.
По пути, сквозь просветы в тумане я заметил увлеченно беседующих Люцифера и Иисуса. Оба покосились в мою сторону и улыбнулись. Через мгновение их скрыл туман…
Уже перед самым столом я споткнулся об чью-то ногу и непечатно выругался. Кто-то услужливо поддержал меня под локоть. Это оказался хозяин ноги – Гаутама Будда. Он молча сложил большой и указательный пальцы в кольцо, показывая, что все “о’кей” и растворился в тумане.
Ну и лисы! Создается впечатление, что в ресторане ужинает масонская ложа. Ладно, черт с ними всеми. Я уселся на стул и налил себе простой газированной воды. Идея пристроилась напротив.
Фрагмент 255
– Меня придумал ты! Вот я и появилась здесь.
– Не лучшее место и время для материализации, дорогуша.
