Маршал Тито гордился тем, что знает четыре языка (из иностранных – русский, немецкий и английский, который начал учить в тюрьме), в действительности же ни один из этих языков он не знал в совершенстве, включая и литературный сербскохорватский язык. Изначально родным для него был сутлянский диалект, на котором говорили его мать и родственники по материнской линии, – словенский с окказиональными вкраплениями хорватского. Вообще же в языке, до недавнего времени называвшемся сербско-хорватским, диалектов и региональных говоров больше, чем в русском языке, несмотря на огромный ареал распространения русского и относительно небольшой – сербского и/или хорватского. Так что несоответствие манеры речи Тито нормам литературного сербскохорватского языка ровным счётом ничего не доказывает.
Возвращаясь на территорию исторической науки, отметим, что опровержение домыслов о жизни Тито требует от историка прежде всего детального, подробного изучения его официальной биографии. Специфика современных работ о Тито состоит в том, что главного биографа Тито, Владо Дедиера, автора многотомных «Материалов к биографии Иосипа Броза»[286], все критикуют, но очень мало кто на самом деле внимательно читал. Впервые составленная Дедиером ещё в 50-е гг. биография Тито, безусловно, имеет значительные лакуны и умолчания, однако с научной точки зрения вызывает существенно меньше нареканий, чем труды современных «титоистов» (или, если угодно, «титоведов», «титологов»), таких как Перо Симич, Звонимир Деспот или Венцеслав Ценчич. Поэтому представленная читателю краткая биография Иосипа Броза Тито, от рождения и до избрания его руководителем социалистической Югославии, основана прежде всего на «официальной» версии, бреши и лакуны в которой заполнены за счёт новейших исследований, а идеологизированные оценки выверены и переосмыслены.
И Владо Дедиер, главный биограф Тито, и многие современные авторы отмечают, что фактическим руководителем югославских коммунистов, как бы ни называлась официально его должность, Иосип Броз Тито стал прежде всего потому, что большая часть руководства КПЮ была уничтожена во время репрессий 1937–38 гг. Сам Тито уцелел буквально чудом. По большому счёту, перед исследователем, обратившимся к раннему периоду биографии Тито, встаёт главный вопрос: почему «костлявая рука смерти» (выражение Дедиера) прошла мимо него?
Причины того, что Иосип Броз вышел живым из мясорубки сталинских репрессий, можно и нужно искать как в коминтерновском периоде Тито (30-е гг.), так и в более раннем периоде его биографии. Если мы обратимся к анкете участника VII конгресса Коминтерна, то узнаем о Тито следующее: происхождение крестьянское, образование низшее, национальность – хорват (что хорошо, поскольку словенцы и хорваты рассматривались Коминтерном как угнетённые национальные меньшинства, притесняемые «великосербской буржуазией»), профессия – механик-рабочий, рабочий стаж с 1910 г., член КПЮ с 1920 г., тюремный стаж – шесть лет каторги. Содержание этой анкеты приводится во всех биографиях Тито начиная с 1953 г. и в большей части монографий о нём. Тем не менее, никто из исследователей не пытался сопоставить анкетные данные Тито с анкетами семи других участников VII конгресса, сравнить историю его жизни с биографиями других партийцев. Мы можем констатировать, что анкета Иосипа Броза, получившего на время пребывания в Москве конспиративное имя Фридрих Вальтер, выглядит гораздо более благонадёжно, чем анкеты других югославских делегатов. В частности, фактическое отсутствие не только высшего, но и формального среднего образования сослужило Тито хорошую службу, оградив его от упрёков в «интеллектуализме» (весьма серьёзное обвинение в 1937–39 гг.).
Однако при ближайшем рассмотрении биография образцового коммуниста обрастает большим количеством вопросов и недосказанностей. Иосип Броз впервые оказался в Москве (1935 г.) в возрасте сорока двух лет, к этому времени он был партийным функционером, членом ЦК КПЮ, обладал определённой известностью среди членов ориентированных на КПЮ профсоюзов и сочувствующих партии загребских «интеллектуалов». Член ЦК КПЮ в 42 года – это неплохо, но, скажем, Владимир Чопич, ровесник Тито, в свои 43 – представитель КПЮ в Коминтерне, фактически второй человек в партии. А Милан Горкич стал лидером партии, будучи более чем на десять лет моложе, и это не случайность, а закономерность, поскольку основной костяк партии на тот момент – люди более молодого, чем Иосип Броз, поколения. Необходимо также учитывать, что членом ЦК Тито стал за считанные месяцы до отправки в СССР. До этого он был секретарём областного комитета КПЮ в Загребе, в общей сложности менее года. Это была его первая партийная должность. Таким образом, рабочий стаж Тито в качестве партийного функционера в 1935 г. насчитывал всего год с небольшим. Всё это по меньшей мере странно.
Кумровец, родное село Тито
