Алексей Алексеевич Волков (и. о. 11 августа 1937 - июнь 1938; одновременно первый секретарь Минского горкома). Отличился тем, что в течение полугода его пребывания на посту Первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии было арестовано и расстреляно 34 из 64 членов ЦК, 8 из 21 кандидата в члены ЦК.
Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко (18 июня 1938 - 7 марта 1947).
Николай Иванович Гусаров (7 марта 1947 - 3 июня 1950).
Николай Семенович Патоличев (3 июня 1950 - 28 июля 1956).
Кирилл Трофимович Мазуров (28 июля 1956 - 30 марта 1965; в 1950 году - первый секретарь Минского горкома).
Петр Миронович Машеров (30 марта 1965 - 4 октября 1980).
Тихон Яковлевич Киселев (10 октября 1980 - 11 января 1983).
Николай Никитович Слюньков (13 январи 1983 - 6 февраля 1987; в 1972 - 1974 гг. - первый секретарь Минского горкома).
Ефрем Евсеевич Соколов (6 февраля 1987 - 28 ноября 1990).
Анатолий Александрович Малофеев (30 ноября 1990 - 25 августа 1991).
Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко
Сегодня об этом политике, оказавшем огромное влияние на развитие Белоруссии, высказывают противоположные мнения. Одни говорят о нем как о человеке глубокого аналитического ума, отличавшемся исключительной честностью и ответственностью. Такую точку зрения высказывают, например, авторы книги «Беседы о Сталине», изданной в Москве в 2006 году, Артем Сергеев и Екатерина Глушик. Им приходилось неоднократно встречаться с Пономаренко, из его уст узнать об обстоятельствах назначения первым секретарем ЦК КП(б) Белоруссии.
Родился он в августе 1902 года в Кубанской области в крестьянской семье. Работал с 12 лет подмастерьем в швейной мастерской, затем кузнецом. В 1918 году вступил в Красную Армию, участвовал в обороне Екатеринодара. С 1922 года - на комсомольской работе, Закончил Краснодарский рабфак и Московский институт инженеров транспорта.
Работал инспектором по приемке паровозов на паровозоремонтном заводе в Тамбовской области. Служил в армии в Белорусском и Московском военных округах и Дальневосточной армии.
С 1937 года на партийной работе, сначала в ЦК ВКП(б), а в июне 1938 года избран Первым секретарем ЦК КПБ. В качестве члена Военного совета белорусского фронта лично участвует в процессе воссоединения Западной Белоруссии с БССР. Могу сказать, что это воссоединение проходило не совсем гладко, но территория БССР увеличилась почти вдвое. Вспоминается послевоенная беседа с одним жителем западной части страны. Когда пришли советские войска, население действительно встретило их восторженно. Мой собеседник от нахлынувших чувств подарил свои часы первому увиденному солдату, о чем потом горько пожалел, когда у него отобрали лошадей и коров.
Как оказалось, основная борьба за Западную Белоруссию была еще впереди, и не на полях сражений, а в Москве. По воспоминаниям Пономаренко, на которые ссылается известный историк Э. Г. Иоффе, белорусы и украинцы должны были представить свои предложения по административной границе между новыми областями. «С нашей точки зрения, эта граница должна была пройти с востока на запад южнее городов Пинска, Кобрина и Бреста». Проект Хрущева, «заклятого друга» Пономаренко с этих пор, предусматривал прохождение границы значительно севернее естественной этнографической границы. Причем города Брест, Пружаны, Столин, Пинск, Лунинец, Кобрин и большая часть Беловежской пущи отходили к Украине.
«Каждый со своим проектом мы встретились в Москве. На вопрос Хрущева, подготовили ли мы предложения, ответил: подготовили, но они не совпадают с Вашими. Хрущев рассвирепел и стал кричать о том, что на территориях, которые вы хотите включить в состав Белоруссии, жили и продолжают жить украинцы, что Наливайко, Богдан Хмельницкий и другие включали население этих районов в свои войска, что исторические книги вовсе не упоминают о белорусах на этих территориях.
В этот момент нас позвали к Сталину. После приветствия он спросил нас: «Ну что, гетманы, как страницей? Вы еще не передрались? Не начали еще войну из-за границ? Или договорились мирно?» Потом Сталин предложил нам сесть и доложить свои варианты. Первым докладывал Хрущев. Сталин выслушал, поднялся, принес свою карту и попросил его показать по схеме, как пройдет граница».
После выступления Пономаренко и ответов на ряд вопросов Сталин твердо заявил, что граница, которую предлагает Хрущев, совершенно не приемлема, она ничем не обоснована. Невозможно сколько-нибудь серьезно говорить о том, что Брест и Беловежская пуща являются украинскими районами… Белорусы предлагают правильную, обоснованную границу. Он взял карту и прочертил линию границы, почти совпадающую с нашими предложениями.
