Мебель в этих палатах была небольшого размера, но ее было так много, что чувству пустоты просто не было места: книжные шкафы, мягкие софы, кресла, несколько столов, камин, ковры – все так располагалось в комнате, что в ней невозможно было не придаться уюту. Единственное, что было нормального, подходящего для Арии размеров – это кровать, огромная, мягкая с красным балдахином и золотыми кисточками на краях. Еще одним приятным сюрпризом оказалась прилегающая к ванне купальня и горячая вода. Гномы снова развели огонь в печах, которые обогревали весь дворец.
Нимфа громко выдохнула и прошла в центр комнаты. Она осмотрелась, будто кто-то мог подслушивать ее, шпионить за ней, но кроме бликов на стенах и собственной тени она ничего не увидела. Медленным шагом девушка подошла к огромному зеркалу высотой от пола и до самого потолка. Зеркало было чудесным, обрамленным в золотую раму, но пыльным настолько, что зеленоглазая могла едва рассмотреть свой собственный силуэт. Ария взяла кружевную салфетку с рядом стоящего столика, которая служила скатертью, и протерла зеркальную поверхность.
Сначала «оконце» в зеркале показало лишь ее лицо. Желтоватая кожа, покрытая ранками и грязью, была тусклой и безжизненной. Осунувшиеся плечи и спина клонились к земле. В спутанных каштановых волосах можно было заметить опилки, мелкие камушки и еще, только лесной дух знает, какую грязь. Ария не поверила собственному отражению. Девушка приблизилась вплотную к зеркалу и ощупала свое лицо. Мелкие ранки уже не болели, но синяк на подбородке, полученный после схватки с орками, еще давал о себе знать.
Зеленоглазая аккуратно убрала волосы назад и, впервые за все прошедшее время, осмотрела истерзанное ухо. После всех минувших событий она и забыла о нем. На ухе была наложена повязка. Ее наложил Фили еще в то время, когда они пересекали озеро, и после этого девушка ее не трогала.
Аккуратно поддев бинт, Ария сняла грязную ткань. Маленькое девичье ушко было в засохшей крови. Оно было черно-синих оттенков, как будто уже мертвая часть тела. Девушка испугалась не на шутку. Ее рот приоткрылся в немом крике. Но, когда она притронулась к ране рукой, почувствовала жгучую боль. Раны еще не зажили. Так же аккуратно, стараясь как можно мягче касаться истерзанного органа, зеленоглазая заметила, что с самого края, на мочке, ухо не ровное, ему не хватало маленького кусочка.
«Он немного откусил тебе мочку. Не страшно, заживет.» - вспомнила Ария слова Лихолесского принца.
Грязный орк оставил на ней свои следы. Паника огромным цунами накрыла молодую нимфу, слезы снова появились на ее глазах и медленными змеями поползли с щек, падая на ковер. В последнее время она слишком много плачет. Сердце забилось в разы сильнее, а дыхание сбилось. Ария перехватила уже грязную от пыли салфетку и протерла зеркало больше, открывая зеркальную поверхность. Закончив свое дело, она выкинула черную ткань куда-то на пол и всмотрелась в свое отражение. Теперь она могла видеть себя целиком.
Жалкое зрелище открылось ей. Худое, маленькое и побитое жизнью существо смотрело на девушку и ломало нервно пальцы на руках. Ария закрыла глаза руками и резко открыла, но отражение в зеркале не изменилось. Во время этого похода она так поменялась. Девушка не узнавала саму себя. Единственное, что осталось прежним – зеленые глаза, что казалось, после всех испытаний засияли ярче, но она не придавала этому значения.
Больше Ария не хотела смотреться на себя в зеркало, не хотела видеть своих шрамов. Она начала сдирать с себя грязный походный костюм, будто это была не одежда, а отравляющие сети, что душили ее. Трещала ткань, отрывались лоскутки, и, оказавшись совсем нагой, нимфа скрылась в купальне. Она смоет с себя весь этот кошмар прямо сейчас.
***
Король под горой сидел на своем троне. Торин находился в своих мыслях. Огромный зал блистал своим митриловым сиянием, огромные колонны поддерживали каменные своды потолков. В тронном зале было тихо и даже, если бы пылинка упала откуда-то сверху, ее бы заметили.
Гном не понимал. Он король, у него есть все, он велик. Так почему все складывается не так, как надо? Жалкие озерные людишки пришли обворовать его. Он прогнал их, но только потому что не хочет терять свои богатства и королевство вновь. Разве он не прав, защищая отчизну?
Остальные двенадцать гномов смотрят на него странно. Они стараются не подавать виду, но Торин чувствует, видит в глубине их глаз что-то плохое, что-то опасное для него и его золота. Они тоже заодно с грязными оборванцами? Предатели! Кто? Кто-то из них украл у него Аркенстон? Гном напрягся, вся его фигура стала меньше, но опаснее, чем прежде. От этих мыслей Торин схватился за свой каменный трон.
