Вот тянутся дни И волочатся месяцыКак вожжи выпущенные временем из рукИ в какие страницы поместитсяЭтот страх твоих медленных мукНет Я знаю Что с тех пор как фыркнуло звездамиНебо в пляске цыгански ночнойТакой любви не бывало созданоИ мечтать боялись о любви такойЯ поднес Как флакон едкой английской солиМое сердце К лежащей без чувств и страстейЗнаю Рядом с любовью моейЛюбовь Алигьери не болейЧем любовь к проститутке гостейЭто царство огромного отсыревшего сплинаНеужель не растопит Мой преданный пламенныйвзорЭто моя гильотинаГде каждая слезинка тяжелейИ острейЧем топорБоже Видишь какие пасхальные речиЯ втащил в ее длительный постВесь огромный свой дар Настоящей любвичеловечьейЕй принес Как собака поджатый свой хвостПолюбитьОтлюбитьМожет всякийИ всякийО любовь их кощунство простиНо покорнойИ чернойИ слюнявой собакеНевозможно от ног госпожи отползтиТы Господь Нас зовущий прописными скрижалямиОтказаться от страсти от любви и землиТы влекущийНас в кущиГде в бездельиВ веселкиПод пальмамиМы лениво толстеть бы моглиТы глотающий временем Как ртом китовьим СтаиМелких людишек рыбешек Чтоб в досугах своихКак решеткой зубов дверями раяОтделять от могучих святыхЗанимайся веселой своейСортировкойМалокровные души принимай понежнейНо не смейДаже мыслью коснуться неловкоЛюбимой и только моейЕсли ж душу и тело как причастья приемляТы возьмешь во царство своеЯ оставя Как книгу Прочтенную землюТоже предстану пред лицо твоеУ ключника раяКлючи сорву с поясаА на черта ли ты На ворота Английских замковнасажалИ рыдаяКак пьяный вломлюсь беспокоясьВ твой усыпительный залКак когда-то мой прапрапрапрадедВ руки Христа гвозди вбивал Без концаТак наследник ворвется в небесаИ воссядетНа пол туч Залитых красным вином зариОскорбляя отцаБоже Губы мои в первый раз пронесли твоеИмя Как носильщик тяжелый чемодан на перронГосподи Слышишь ли с какою великой молитвоюБогохульник отныне к тебе устремленВот волочатся дни недели и месяцыКак вожжи Оброненные временем из рукИ в какие же строки вместитсяМой страх ее новых мукЕсли кто-нибудь скажет что и это до срокаПосмеет назвать не вечной любовь моюНа него я взглянуКак глядят на пророкаИ потом как пророкаУбьюИ стогорло стозевно стоокоЗапоюТы пришлаИ со мноюСнизошлаНенежданноБахромоюРесниц надо мноюЗвеняТы прости меня грешного жуткая ЖаннаЧто во многих доныне нашлаТы меняИ за все за другое прости меняИ за запонку и за то что тебе темноКто причастен твоему обожженному имениТот святой и погибший давноВстало долгое лето любви опаленнойТолько листьями кленаТвойКапот вырезнойТолько где то игуменье молвы отдаленнойА над нами блаженный утомительный знойИ от этого знояС головоюПогрузитьсяВ слишком теплое озеро голубеющих глазИ безвольно запутаться Как в осоке В ресницахПрошумящих о нежности в вечереющий часИ совсем обессилев от летнего чудаГде нет линий угловНету словИ нет грезВ этих волнах купаться и вылезть оттудаЗакутаться мохнатыми простынями волосТвое имя пришло по волне Не тоня ИздалечеКак Христос пробирался к борту челнокаТак горите же Губ этих тонкие свечиПод мигающим Пламенем языкаТы пришла далека и близка всяИ на мне запеклась как кровьТак славьсяКоль славна славьсяСобачья моя любовьТолько страшно одноИ на шеюТы накинешь словно петлюЕсли губы твои вдруг сумеютПрошептать мне люблюЯ надменный и радостный тебя поцелуюИ ослепну Как узник увидевший яростный светИ той не станет КакуюИскал Тысячу девятьсот семнадцать летИ в огромном курьерском запевающей похотиМы как все Как другие полетимПоскользимИ не станет сжигающей в хохотеТруп любимого сердца Не желая расстаться с ним
