«Не хотим принуждения и скуки, не хотим, чтобы все писали одинаково.
С кем же мы, Серапионовы братья? Мы с пустынником Серапионом.
Значит, ни с кем? Значит, болото? Значит, эстетствующая интеллигенция? Без идеологии, без убеждений, наша хата с краю?..
Нет.
У каждого из нас есть идеология, есть политические убеждения, каждый хату в свой цвет красит. Так в жизни. И так в рассказах, повестях, драмах. Мы же вместе, мы, братство, требуем одного: чтоб голос не был фальшив. Чтоб мы верили в реальность произведения, какого бы цвета оно ни было…
Мы пишем не для пропаганды».
«Серапионовы братья» ставили своей целью овладение «техникой писательского ремесла», они старались уйти от политизации искусства. Хотя у «серапионов» не было формального устава, неписаные каноны дружества были крепки, и формулировки их важнейших установок звучали не раз. Вот одна из них: «Свобода литературного поиска, честь и дружество, правду – в глаза».
Близкие позиции отстаивала и чуть позже образовавшаяся группа «Перевал» (1926). Она была основана в Москве при журнале «Красная новь» и просуществовала до 1932 года. В одной из статей той поры утверждалось: «В истории мировой эстетической мысли «Перевал» достойно представляет модель независимого, свободного антисектантского социалистического искусства. В истории советской культуры он является последней попыткой предотвратить разделение искусства на официальное и подцензурное».
Поскольку «Серапионовы братья» и «Перевал» активно защищали общечеловеческие ценности и традиционные представления об искусстве, они оказались в оппозиции революционно настроенным группировкам.
Среди сторонников нового пролетарского искусства главенствующую роль в течение ряда лет играли Пролеткульт и РАПП.
Пролеткульт – культурно-просветительная и литературно-художественная добровольная организация, существовавшая в 1917–1932 годах. Ее лидерами были А. А. Богданов, В. Ф. Плетнев.
РАПП – Российская ассоциация пролетарских писателей. Она существовала в 1925–1932 годы.
В основе деятельности Пролеткульта и РАППа лежали теоретические положения, утверждавшие особую роль искусства нового строя. Они предлагали предельно жесткое решение вопросов о культурном наследии. За яростное противостояние всему «старому» их называли «неистовыми ревнителями».
«Неистовые ревнители» были беспощадны в своих гонениях и на «старую» культуру, и на тех, кто осмеливался следовать ее заветам. Они считали себя вправе определять, кто должен быть творцом новой культуры и каково должно быть отношение искусства к действительности: «Искусство – служанка производства и быта». При этом утверждалась четкость требований к своим единомышленникам и непримиримость отношения к любому иному искусству. Они решали все вопросы и за писателей, и за читателей. В документах РАППа декларировалось: «Нужно организовывать психику и сознание читателя в сторону конечных задач пролетариата как переустроителя мира и создателя коммунистического общества».
Герой произведений сторонников пролетарского искусства был полностью во власти своей эпохи. Эти позиции провозглашены в популярном в свое время стихотворении одного из «стальных соловьев» Пролеткульта В. Т. Кириллова– «Мы»:
Так творцы нового искусства, может быть, даже не подозревая об этом, повторяли лозунги анархистов начала XX века. В пьесе Л. Н. Андреева «Савва» повествуется о необузданном герое, который после поджога храма гибнет от рук разъяренной толпы. Напомним фрагмент беседы Саввы с послу пшиком Кондратием:
