Они были одногодками. Жили в одном дворе. Вместе гоняли мячик. Лёвка всю жизнь звал Пашку Павликом. Потихонечку взрослели, слегка, грубо говоря, мужали. Жили они в Москве, где-то в Богородском, а Лёвка потом переехал куда-то в Тушино и устроился ишачить на авиазавод в «ящик». А Пашка пришёл в военкомат и получил назначение в авиационное училище, стал лётчиком-истребителем, освоил восемь типов самолётов, из которых особенно прикипел к МиГ-15. Кстати, Лёвка монтажил именно эту коллекцию. В свободное время Лёвка прилично играл в футбол и был замечен компетентными органами общества «Динамо». А Пашка продолжал летать и долетался до почётного звания подполковника авиации. Лёвка же играл в футбол и доигрался до ещё более почётного звания – Лев Иванович Яшин.
Достигнув целого ряда заоблачных высот на восьми типах истребителей, военный лётчик Павел Феликсович Хмара ощутил непорядок в вестибулярном аппарате, и с воздушным пространством пришлось расстаться. Подполковник Хмара стал военпредом и продолжал укреплять военное могущество Отчизны. Что касается «вестибюля», то он поспособствовал возникновению у простого советского чуть ли не полковника авиации поэтического дара.
А потом судьба-злодейка забросила воздушного аса во всемирно известный журнал «Крокодил», царство ему поднебесное, откуда перевезён в «Клуб ДС» сначала рядовым, а затем главнокомандующим администрации «Клуба ДС». Так раньше при царях тянули лямки русские солдаты.
Мне посчастливилось набрать номер телефона и попросить дать правдивые показания повседневной жизни, будь она неладна. Вот блицсоцопрос:
– Как и зачем пришёл в авиацию?.. – Да так как-то получилось. Сам не знаю.
– С какого бодуна пришёл в литературу? – Вообще-то я не употребляю, но первая публикация в «ЛГ» была ещё в звании капитана. Самородок я…
– У тебя есть любимая книга? – Есть, но её кто-то стырил – «12 стульев».
Да, а с чего, собственно, базар-то? Сегодня бывшему Пашке, а ныне Павлу Феликсовичу Хмаре исполнилось 80 лет. Ну как тут не дербалызнуть, однако…
Виталий РЕЗНИКОВ
Газогенераторное поздравительное
Итак, Москва
тридцатых, Паша:
двор, мяч тряпичный,
стёкол звон…
А на воротах –
Лёва Яшин
(ещё пока не чемпион).
Страна жила,
врага разбили,
и – взять профессию
пора.
Ты стал водить
автомобили.
Как бишь их… газогенера-
торные. Но манило небо.
Летать рождённый
ввысь желал.
И нет, не за кусочек хлеба
ты истребитель оседлал!
А дальше –
не приснятся НАСА*
орбиты, где вращался ты!
Ведь круче нет
вершин Парнаса
и нету ярче высоты:
ты «Клуб ДС»
не тихой сапой
возглавил – смеха генерал.
Для юмористов
был ты папой
и, в общем, –
«зубр», «администрал»!
Для нас ты,
как и раньше, – Паша,
и – аксакал,
мудрец, поэт…
Пиши, товарищ –
строчек маршал,
а мы прочтём.
Будь здрав! Привет!
Евгений ОБУХОВ
________
*Национальное управление США по аэронавтике и исследованию космического пространства
Песня о Соколе
Ныне, о Паша, поздравить
позволь мне тебя с юбилеем!
Прими, так сказать,
happy birthday to you
от всего мово сердца!
В прежние годы ты много
летал и витал,
словно отпрыск Дедала.
С возрастом всё ж
приземлился на грешную
нашу планету.
Ловко различных стихов
натворил, эпиграмм,
и пародий,
И мадригалов, и од,
и даже сонетов,
не говоря уж про стансов.
Голос Малежика
в каждом лесу заливался
твоею «Кукушкой».
Тут и попался ты вдруг
«Крокодилу» в объятия.
Но ненадолго, по счастию,
ты там задержался,
Так как тебя поджидала
иная планида:
«Клубом ДС»
в «Литгазете» издревле
она называлась.
Долгие светлые годы сидел
ты на троне в том «Клубе»,
Сразу пресёк процветавшую
там дедовщину.
Многих достойных мужей
ввёл ты в сатиру и юмор.
В общем, наделал ты
славных делов там
по полной программе.
Счастья тебе и здоровья,
здоровья и счастья.
То же и Нине, супруге твоей,
и, конечно же, сыну и внуку.
Паша, прости,
ты ведь знаешь,
стихи я нелепо слагаю.
Это я только
по зрению Гомер,
а по сути – Зоил.
Владимир ВЛАДИН
В ПРЕДДВЕРИИ СВОЕГО ВОСЬМИДЕСЯТИЛЕТИЯ
Жизнь, сорвавшись с якорей,
Как ты ни крути, –
Мчится с каждым днём быстрей
Под конец пути!
Только шёл под стол пешком
Ясноглазый шкет, –
Глядь, уж бьют тебя мешком
Восемьдесят лет!
Восемьдесят – это рок,
У его черты
Очень могут в краткий срок
Наступить кранты!
В юности – куда спешить?
В ней сомненья нет,
Что немыслимо прожить
Восемьдесят лет!
А когда они придут,
Всё же между тем
Возникает целый пуд
Жизненных проблем!
Но когда ты вставил глаз,
Челюсть вставил в рот,
То, что все моложе вас, –
Кто же разберёт?
Есть протезы на ногах, –
Жми, как на парад!
А когда ещё в ушах
Слухоаппарат,
А когда закрасишь плешь
Кашицей из хны, –
Здесь ты нас хоть жги, хоть режь, –
Всё нам хоть бы хны!
Снова жизнь пойдёт с листа,
Вид – не по годам!
Молодёжь в метро места
Фиг уступит нам!
Словом, старость – не страшна,
Встретишь – не боись!
Крикни ей: – Пошла ты на!..
То есть в смысле: – Брысь!
ОДА ПОЭТУ
Давайте образ пламенный возвысим!
Пред вами просто уникум: поэт.
Он мудр, он вдохновен, он независим,
Весь мир – его рабочий кабинет.
Он форму Буратино дал полену,
Восславил гений чистой красоты,
Идеи кинул: посетить Селену
И насадить по всей Земле цветы,
