Говорят о чрезмерной публицистичности романа, что отчасти справедливо. Строго говоря, это лишь полуправда. Публицистика требует фактов, она невозможна без их анализа, без их обобщения, пусть самого тенденциозного. Мы же сталкиваемся только с обилием слухов, домыслов, субъективнейших, подчас взаимоисключающих выводов. Автор мечется от гуманизма к мизантропии, от пацифизма к оправданию войны в ницшеанском почти смысле. Особенно явно это в тех фрагментах, где в качестве непроизвольного жанра выступает дневник – бесчисленные лично-авторские ощущения, обрывки мыслей, иногда, напротив, пространные философические рассуждения, очень приблизительно связанные со смыслом повествования либо лишённые этой связи вовсе.
О художественной составляющей книги приходится сказать, что прежде всего она ничтожно мала. Притом в самом обычном, количественном смысле. Если вынести за скобки сомнительную публицистику и «человеческое, слишком человеческое», останется короткий, скудный сюжет, выморочные персонажи. Нельзя назвать их героями, наделёнными душой и характером, кровью и плотью.
Не оттого ли, внимая ужасу войны, этим ужасом не вполне проникаешься? Здесь страдают и гибнут лишь примитивно очерченные фигуры, будто бы взятые из компьютерной игры-«стрелялки».
Живые люди, растерзанные настоящей войной, остались за пределами этой гневной, нервной, откровенно слабой, путаной книги.
Герман Садулаев. Бич Божий : Партизанские рассказы. –
Герман Садулаев. Шалинский рейд : Роман. –
Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345
Комментарии:
Литература
Пародии от Евгения Минина
ЮНОЕ ПЕНСИОНЕРСКОЕ
Меня насильно в старость привели.
Я не хотел. Я упирался рогом.
Я был не тот. Меня не там нашли.
Неверно рассчитали по итогам…
Геннадий Русаков
Я не давался запросто врагам,
Грипп обходил, не трогала простуда,
Мне годы надавали по рогам,
Хотя я был не тот и не оттуда.
Но паспорту не верьте, глупышу,
В душе мы не один десяток сбросим!
Вы почитайте – я ещё пишу,
Как в двадцать пять!
От силы – в двадцать восемь!
СОРТИРИЧЕСКОЕ
Этот город внезапно-весенний,
Где Горбовского след не простыл,
Где ходил по Большому Есенин,
Где по Малому Бродский ходил…
Вадим Куняев
Питер – город мечты и контраста,
Сколько строчек о нём сочинил,
Я гулял по Литейному часто,
И на Невский не раз заходил.
Но одно так набило оскому,
У меня к медицине вопрос:
Стоит только пойти по Большому –
Прошибает словесный понос.
АЛЬТЕРНАТИВА
Лизни железный штырь
В лютый волчий мороз.
Детство твоё – поводырь,
Оно доведёт до слёз.
Не хилый, конечно, совет!
Скажите, какой рифмоплёт,
В котором испуга нет,
Лизать железяки пойдёт?
Зимою, в лютый мороз,
Поплакать из-за чепухи.
А довести до слёз
Могут теперь стихи…
Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345
Комментарии:
Библиоман. Книжная дюжина
«Кафку читают хуже, чем про Кафку»
ШЕСТЬ ВОПРОСОВ ИЗДАТЕЛЮ
Когда слово «кризис» ещё не утратило новизны, высказывались разные прогнозы относительно перспектив серьёзной литературы. О том, что сейчас происходит с интеллектуальной книгой, нам рассказывает директор издательства «Текст» Ольгерт ЛИБКИН.
– Рынок движется в двух направлениях. С одной стороны, он сужается из-за того, что покупательная способность населения, к сожалению, не растёт. Продажи в традиционных местах, где наши книги всегда находили спрос, в целом несколько уменьшились… Поэтому, чтобы компенсировать это падение, приходится выпускать больше наименований. Если раньше в год выходило, скажем, пятьдесят книг, то теперь требуется не меньше восьмидесяти.
–
– Такая тенденция характерна и для России, и для Запада, для крупных издательств, выпускающих сотни и тысячи наименований книг, и для небольших вроде нашего – хотя в Европе, когда слышат, что мы выпускаем в год восемьдесят книг, удивляются: мол, разве это маленькое издательство…
