Литературная Газета 6424 ( № 30 2013) полностью

Словом, закон необходимо расширить, дополнить (в плане упоминания в нём конкретных исторических событий), уточнить в части налагаемых санкций. Обсуждение инициативы будет вестись с опорой на силы гражданского общества и безо всякой оглядки на истошные либеральные вопли, всё теснее смыкающиеся с линией на прямое оправдание преступлений нацистов, а следовательно, также и их предшественников. Ведь в конечном итоге истерика – верный признак слабости и ущербности.

Вардгес АРЦРУНИ ,

заслуженный строитель России;

Владимир ЗАХАРОВ ,

директор Института политических

и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона

страна подсудимых

16 июля 1993 года Верховный Совет Российской Федерации принял Закон "О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве в РСФСР", Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Кодекс об административных правонарушениях, которым возрождён суд с участием присяжных заседателей. А уже с 1 ноября 1993 года в пяти субъектах Российской Федерации - Ставропольском крае, Ивановской, Московской, Рязанской и Саратовской областях – прошли первые процессы по «тяжёлым» уголовным статьям.

Как воспринимается в обществе этот важный этап судебной реформы, автор поинтересовался у члена совета Адвокатской палаты г. Москвы Юрия Артемьевича КОСТАНОВА и председателя судебного состава по уголовным делам первой инстанции Владимирского областного суда Елены Михайловны БАТАНОВОЙ.

Гарантия от судебных ошибок

– Юрий Артемьевич, введение института присяжных заседателей – это новация нашего времени?

– Нет, идеи судебной реформы в целом возникли в России в XIX веке. Они были вызваны крайне неудовлетворительным состоянием правосудия в тогдашней Российской империи. Начало судебной реформы обусловливалось тем, что было отменено крепостное право, в результате чего уничтожался домашний, вотчинный суд для многих миллионов дотоле бесправных людей. Они должны были явиться не только носителями гражданских прав, но и непосредственными защитниками этих своих прав на суде. Суд расширялся, терял свой сословный характер .

– Вы на протяжении уже пятидесяти лет причастны к рассмотрению судами уголовных дел: 25 лет были прокурором, скоро 20 лет как адвокат. Вы считаете, что институт присяжных заседателей – это реальная помощь судам?

– Да, работать стало легче, потому что суд присяжных – суд более объективный, не связанный указаниями и пожеланиями властей предержащих. Идею восстановить в России суд присяжных критиковать начали со дня выхода закона и продолжают критиковать до сих пор. Посылка фактически одна – как могут эти непрофессионалы судить? Но при этом критики реформы сознательно умалчивают , что для оценки доказательств – кому из свидетелей верить, а кому нет – нужны не учёные степени по юридической части, а жизненный опыт и житейская смекалка. И здесь юристам никто преференций не давал – все равны! А профессор права может оказаться не столь житейски подкованным, как портной или сапожник. Они общаются с десятками людей ежедневно, обладают бытовой зоркостью и жизненной мудростью, нутром чувствуя притворство или искренность.