Литературная Газета 6424 ( № 30 2013) полностью

Ряд служителей Фемиды весьма болезненно воспринимают как бы покушение на их абсолютную судебную истину. Как результат, постепенно подсудность суда присяжных сужается под тем же приведённым мною предлогом: им, присяжным заседателям, дескать, трудно разобраться в доказательствах, их будто бы легко обмануть. Сейчас, к сожалению, в их подсудности остались в основном дела об убийствах, всё остальное убрали. То есть голос народа в судах становится всё тише и тише.

– Вы недовольны как адвокат или как и гражданин тоже?

– Я просил бы не разделять эти понятия, но с уверенностью могу сказать следующее: рассмотрение уголовного дела судом с участием присяжных заседателей в большей мере, чем другие формы судопроизводства, гарантирует от судебных ошибок. Право на суд присяжных – это право быть судимым равными себе , а не государственными чиновниками, служивыми людьми, которые в значительной мере отягощены как заботой о «чести мундира», так и личным преуспеянием, а потому уже, как правило, не могут быть в полной мере объективны. А даже хоть чуть-чуть необъективный суд – это уже не суд, это – произвол.

– Но во времена советской власти присяжных заседателей не было, зато были народные заседатели. Там тоже были и швеи, и каменщики, и бывшие работники правоохранительных органов.

– Смею заметить, опираясь на свой профессиональный опыт, что народные заседатели отличались от присяжных тем, что они вместе с профессиональным судьёй решали все вопросы дела – и вопросы правовые, и во­просы доказанности обвинения. А так как в вопросах права они разбирались постольку-поскольку (для народных заседателей проводились ознакомительные семинары), то фактически решение принимал профессиональный судья, а заседатели кивали в знак согласия, за что в народе получили прозвище кивалы. С прошлых лет известны две поговорки, бытовавшие в уголовной и профессиональной юридической среде: «кивала круче, чем кидала», «судья расписал, а заседатели подписались».

Присяжные заседатели отвечают на два вопроса, вынося свой вердикт: 1) доказано или не доказано совершение преступления; 2) доказана или не доказана виновность подсудимого. Своё решение по этим вопросам они принимают самостоятельно, удалившись в совещательную комнату, куда в это время вход кому бы то ни было запрещён – в том числе и председательствующему по делу.

Оправдательный приговор

– Елена Михайловна, расскажите немного о себе нашим читателям.

– В судебной системе работаю 26 лет: была судьёй в Собинском районном суде Владимирской области, потом меня перевели во Фрунзенский районный суд города Владимира, последние 15 лет работаю в областном суде. После введения суда присяжных меня назначили на должность заместителя председателя Владимирского областного суда, где я курировала организацию и работу суда присяжных, два года исполняла обязанности председателя Владимирского областного суда.

Коллегия присяжных у нас была сформирована в начале 2003 года, в марте того же года было рассмотрено первое дело. Присяжные заседатели – это, безусловно, важный институт правосудия. Что позволяет если не избежать судебной ошибки, то резко уменьшить её возможность.

– Владимирская область – одна из немногих в Российской Федерации, где очень низок процент неформирования коллегии присяжных заседателей с первой попытки. Почему не удаётся сформировать коллегию присяжных заседателей сразу? И как во Владимирской области добиваются хороших результатов?