Тогда, в 1990-е под палёную водку и разговоры о свободе в нашу жизнь почти мгновенно вернулись хорошо известные по классике нравы капитализма. А вы думали, мировая литература из вредности бичевала буржуазную мораль? Нет, она-то знала, о чём говорит. Однако теперь никуда не денешься, мы живём в мире взбесившихся денежных знаков. Можно, конечно, ещё раз попытаться построить социализм, рыночный, да еще с человеческим лицом, однако, судя по благодушной физиономии бессменного Геннадия Зюганова, дело это в ближайшие годы бесперспективное. Остаётся лишь облагораживать козью морду капитализма с его рогами и копытами. Диких сограждан, даже очень богатых, надо одомашнивать, «патриотизировать», чтобы не смели паразитировать, воспитывать, даже дрессировать с помощью общественного мнения и закона, который у нас в отношении небедных граждан пока мягок, как фаллос ветерана труда.

Есть, впрочем, и третий путь – революция. Сначала справедливость на руинах, затем долгое восстановление поголовья середняков, мещанские канарейки, занавески, герани… И, наконец, внуки победивших революционеров становятся буржуа.

«Как не так! – сказал Архип, с злобной улыбкой взирая на пожар…»   

<p><strong>Весьма сомнительная книга – 2</strong></p>

Весьма сомнительная книга – 2

Общество / Обозрение / ИДУ НА ВЫ

Герра Ренэ

Теги: Ренэ Герра

К истории данного сюжета

В мае 2015 г., будучи почётным гостем Санкт-Петербургского книжного салона, я приобрёл книгу В.П. Леонова «Библиотека Академии наук: опыт биографии» (М.: Наука, 2013). В Ницце при разборе покупок обнаружил, что там говорится обо мне – Леонов обвинил меня в «неуважении к памяти» парижского букиниста А.В. Савина ввиду моей к нему «зависти». При всём желании трудно было придумать нелепость столь бессмысленную.

Не имея обыкновения оставлять без внимания враждебные против меня выпады, я сразу откликнулся на прочитанное. В реплике рассказал и о Савине, чья жизнь трагически оборвалась в результате знакомства с Леоновым. С Савиным я был знаком с 1970-х, сведения об обстоятельствах дела 1990-х гг. мне были известны от общих знакомых в России, во Франции, в США и из СМИ (во Франции скандал был объектом пристального внимания). Позднее Д.С. Лихачёв мне в деталях рассказал эту неприглядную историю. Дмитрий Сергеевич лично был знаком и с Савиным, и с Леоновым, поэтому рассуждал обо всём достаточно объективно.

Реплика была опубликована 29 июля 2015 г. в «Литературной газете» (№ 31) под заглавием «Весьма странная книга». В ней в достаточно тактичной форме было указано на содержащуюся в книге Леонова непроверенную информацию о Савине и обо мне, а также сообщено мнение Дмитрия Сергеевича о Леонове. В завершение я выразил недоумение: как могла эта книга быть изданной за государственный счёт, причём столь роскошно? Прошу читателей, отложив свежую газету, открыть интернет: «Литературная газета. Архив» – и перечесть мою реплику . Прошу об этом не из авторского тщеславия – это необходимо для понимания последовавших событий.

А последовали они незамедлительно. Уже в день публикации мне стали звонить и присылать электронные письма как друзья и знакомые, так и ранее мне неизвестные лица с благодарностью за реплику . Цели сбора компрометирующих Леонова сведений я не преследовал – всё притягивалось само, как металлические опилки к магниту.

О ЗНАМЕНАТЕЛЬНОЙ ВСТРЕЧЕ И НЕ ТОЛЬКО

Первым откликнулся коллега Леонова по Институту культуры, заслуженный работник культуры РФ (1994) и заслуженный деятель науки РФ (2001) А.В. Соколов, приславший в редакцию «ЛГ» пространное «Открытое письмо» – всё, от начала до конца, наполненное передёргиваниями.

Так, дословно процитированные мною с указанием источника цитаты мнения Д.С. Лихачёва о Леонове как о «трамвайном хаме», «подонке с наглой самодовольной рожей», «сыне лагерного надзирателя», «малограмотном и косноязычном графомане» и указание на то, что он «подлостью снискал благорасположение партийных верхов» принадлежат именно Дмитрию Сергеевичу, а не мне. Заявление Соколова, будто я «уверял читателей «Литературной газеты» в том, что во главе русских академических учреждений восседают «подонки с наглой самодовольной рожей», также лживо. В реплике говорилось только о Леонове, без каких-либо обобщений.

Соколов упрекал меня в том, что я сужу о Леонове, не будучи с ним лично знакомым. К счастью, это так: с Леоновым не знаком и тем горжусь: в выборе знакомств проявляю разборчивость. Две книги Леонова смогли создать достаточное представление об авторе.

Перейти на страницу:

Поиск

Все книги серии Литературная Газета

Похожие книги