Всероссийский форум гражданской поэзии «Часовые памяти» проводится с 2005 года. За это время при поддержке президентских грантов было издано шесть сборников. В каждом представлены стихи более сотни поэтов разного возраста, проживающих в разных регионах России и за рубежом. Самыми молодыми авторами проекта «Часовые памяти», как правило, становятся лауреаты Всероссийского фестиваля молодых поэтов «Мцыри».
Алёна Мосина
Скучаю
Я скучаю, как птицы по тёплым краям.
Осень рысью крадётся за мной по пятам,
Наступает на сердце, спешит по коврам.
Где мне скрыться, ведь память, подобно цветам,
Прорастает в груди, расползлась по стенам,
Обжигает, рифмует, сильней становясь?
Я скучаю, но знаю, что вместе не нам
Танцевать и сплетать непрерывную вязь.
Перелётные птицы вольны выбирать
Верный путь, возвращаясь к любимым местам.
Мы петляем, наш сад погубившая рать
Оживить не позволит всё заново там.
Где мы прежде любили, не сможем любить:
Нам придётся по свету всю жизнь кочевать,
Чтобы вновь ненароком судьбу не губить,
Да оставшийся век Пустоту врачевать.
Я скучаю, как ночь по земной темноте
В городской атмосфере слепящих огней.
Разве можно Луне запретить тяготеть,
Да касаться Земли, приоткрытых сеней –
Осторожно ступать, наполняя избу,
Узнавая и радость, и родственный быт?
Мы друг в друге – фундамент, строительный бут,
Но такой, что не вырвать его, не забыть...
Аскар Нигамедзянов
* * *
Петербург, причёсанный гребнем Казанского собора,
в сшитом вычурной адмиралтейской иглой вицмундире
в заплатках дворов,
зная цену себе (от высоких колонн до кривого забора),
по проспекту сегодняшних дней, как сквозь будни ветров…
не найти топора, что прорубит просторные окна,
разве стеклопакет для проёмов жилых соцсетей.
здесь эпоха нуждается в сильном дожде, чтоб, промокнув,
ощутить обновлённость и свежесть гранитных страстей.
если есть красота в пресловутой небрежности жизни,
то в расстегнутых вдоль рукавах бесконечных мостов.
современным дворянам, что носят потертые джинсы,
не в сравненье Болконский, к тому же какой-то Ростов…
одиночество как благодать, и под небом свинцовым
иногда этот город болезненно стянут в корсет.
эрмитаж – плесневеющий торт на ладонях дворцовой –
предлагается всем приезжающим здесь на десерт.
то царем на коне, то змеёй под железным копытом.
всякий жребий на деле окажется чем-то иным.
здесь возводят «Исакий» и пьют, наполняя забыто
сапоги тусклых будней то невской водой, то спиртным.
не поняв, полюбить / разуверившись, возненавидеть.
Петербург будто вечность, в которую часто плюют.
уезжая отсюда, поэт, как заправский Овидий,
иногда обретает бессмертие, словно приют.
и нельзя разгадать письмена современной Пальмиры.
ты задашь напоследок какой-нибудь вечный вопрос –
только голос в ответ.
только шёпот воды в сувениры.
и лишь ветер взъерошит твой взгляд, словно клочья волос…
Екатерина Банникова
Светлей
Квакают лягушки на пруду,
Оставляй мирскую суету.
Уходи с провизией в леса –
Без конца и края небеса.
Сосны чуть качает на ветру,
Дай свободы своему нутру!
У берёз сияет береста,
Начинай жить с нового листа.
Птицы голосят на все лады,
Посиди спокойно у воды.
Отдохни от цепких соцсетей,
И от ложных откажись идей.
Муравьи снуют, и мошкара,
До утра погрейся у костра...
Посмотри как просто на земле
Божьим тварям.
Стань и ты светлей.
Анастасия Лукомская
Артхаус
Никто никогда не слышал про это кино,
Ведь была засвечена киноплёнка,
Молодая японка
В голубом кимоно
На руках качала каменного ребёнка.
А кругом распускались каменные цветы –
Лучшие императорские самоцветы,
Грани бриллиантов, словно блики воды,
Мерцали искрами света.
Она прижимала камень к груди
И пела материнскую песню,
Он совсем не плакал, ни о чём не просил,
Он был тихим и бессловесным.
Параллельный монтаж – безлюдный каменный край,
Одинокий остров, острые скалы,
На скале медитирует самурай,
Сквозь него проросли кораллы.
Бирюзовая ящерица сидит на его плече,
Проливные дожди омывают тело,
В прошлой жизни он не любил никого вообще,
В этой – родился окаменелым.
Панорама острова с высоты
Ковра-вертолёта, кружащего под облаками,
Океанский прибой, белые брызги воды,
Всё это скоро сметёт цунами.
Молодая японка в саду драгоценных камней
Купается в бутафорском тумане,
Она боится любить людей –
Она обнимает камень.
Камера переходит на дальний план –
Небо и суша в движении,
Пробуждается спящий вулкан,
Врываясь в небо огненным извержением.
