Он только спросил, далеко ль до чужого аула;
Сказал, что спешит и что жажда его велика.
Он только просил, чтобы я для него зачерпнула
В дорожную чашу холодной воды родника.
Над чашей с водою тряхнула я розою пышной, —
И розовой пеной до края покрылось она.
И чашу подавши, я так прошептала неслышно:
«Пей, путник, да будет вода тебе слаще вина!»
Из чаши напился он, сдунувши к самому краю
С воды, словно бабочек, сдунув мои лепестки…
Вот только и было, и как он коснулся, – не знаю,
Ах, право не знаю, – моей загорелой руки.
М. Шагинян
Седьмой ведущий :
Ты – рядом, и все прекрасно:
И дождь, и холодный ветер.
Спасибо тебе, мой ясный,
За то, что ты есть на свете.
Спасибо за эти губы,
Спасибо за руки эти,
Спасибо тебе, мой любый,
За то, что ты есть на свете.
Мы – рядом, а ведь могли бы
Друг друга совсем не встретить…
Единственный мой, спасибо
За то, что ты есть на свете.
Ю. Друнина
Второй ведущий :
С тобой я самая верная,
с тобой я самая лучшая,
с тобой я самая добрая,
самая всемогущая.
Щедрые на пророчества
твердят мне:
– Счастье кончается!
А мне им верить не хочется,
мне их слушать не хочется,
ну их всех!
Ничего не кончится.
Так иногда случается!
В. Тушнова
Третий ведущий :
Так щедро август звезды расточал.
Он так бездушно приступал к владенью,
И обращались лица ростовчан
И всех южан – навстречу их паденью.
Я добрую благодарю судьбу.
Так падали мне на плечи созведья,
Как падаю в заброшенном саду
Сирени неопрятные соцветья.
Подолгу наблюдали мы закат,
Соседей наших клавиши сердили,
К старинному роялю музыкант
Склонял свои печальные седины.
Мы были звуки музыки одной.
О, можно было инструмент расстроить,
Но твердого созвучия со мной
Нельзя было нарушить и расторгнуть.
В ту осень так горели маяки,
Так недалеко звезды пролегали,
Бульварами шагали моряки,
И девушки в косынках пробегали.
Все о же там паденье звезд и зной,
Все так же побережье неизменно.
Лишь выпали из музыки одной
Две ноты, взятые одновременно.
Б. Ахмадулина
Четвертый ведущий :
Судьба мне все дала, что я хотела,
И лишь любви счастливой не дала,
Чтоб я не остывала, чтоб горела,
Чтоб вечно беспокойною была…
Чтоб всех моих разбросанных по свету,
Неведомых, мятущихся сестер
Огни сердец, которым счета нету,
В моих стихах слились в один костер…
И чтобы в книгу книг моей земли,
Столетиями долгими увенчаны,
Волнения и вздохи женщины
Еще одной страницею легли!
С. Капутикян
Первый ведущий :
О любви написано много: тысячи страниц. О любви написано мало: чувство это неисчерпаемо, как сама жизнь. Сколько бы ни писали о ней, ее многообразие, драматизм и новизна не могут быть исчерпаны, пока жив человек на земле, пока бьется его сердце, пока звучат в прекрасных стихах голоса тех, кто оставил нам свои чувства, пока неразлучны преодолевшие все преграды Орфей и Эвридика…
